Последнее доказательство

Что нужно молдавским экспертам для того, чтобы они признали вероятность вхождения Молдовы в состав Румынии?

Председатель парламента и временно исполняющий обязанности президента Республики Молдова Михай Гимпу в начале нового политического сезона озвучил цель властей страны — добиться переименования молдавского языка в Конституции на румынский. Присутствие глоттонима «молдавский язык» в главном законе государства Гимпу называет «позором», «который надо смыть». Может быть, на самом деле, как говорят некоторые политологи, такие заявления не являются угрозой для молдавской государственности? 

Выступая в эфире телеканала Pro TV, Михай Гимпу заявил о том, что правящий альянс не допустит проведения досрочных выборов и с этой целью осуществит конституционную реформу, в числе пунктов которой значится и изменение названия государственного языка. «Мы должны поставить точку в вопросе языка, на котором говорим. Нельзя проводить старую политику — сталинистскую и лживую. Мы включились в политическую борьбу не ради должностей, а ради исторической правды. Мы говорим на румынском языке. Я думаю, мы найдём понимание в рамках «Альянса за европейскую интеграцию», — заявил Гимпу. Ему вторит и премьер-министр Влад Филат. По его убеждению, «изменение названия языка в Конституции — естественное и необходимое преобразование».
Итак, за исчезновение в легитимном поле молдавского языка выступают два человека, сконцентрировавших в своих руках три главных поста в государстве. А раз так, то вероятность того, что те, кто борется за размывание и понижения статуса молдавской идентичности до провинциального культурного феномена, добьются своего, увеличилась в разы.

 

  И в Кишинёве и в Бухаресте есть политические силы, которые определили своей целью вхождение «Бессарабии» в состав Великой Румынии. 
 

13-я статья молдавской Конституции всегда была раздражителем для сторонников стирания различий между Молдовой и Румынией. Многие учреждения не выполняли конституционное положения, используя в случаях необходимости обозначения языка аббревиатуру ro (сегодня эта аббревиатура заменила собой md практически на всех сайтах министерств). Даже поддерживаемый государством проект обучения национальных меньшинств государственному языку был почему-то назван Casa limbii române, а не limbii moldoveneşti.
Учитывая тот факт, что в молдавском общес-тве нет консенсуса по вопросу языка, повсеместно власти не препятствовали использованию политкорректного термина «государственный язык». Критики «слева» неоднократно упрекали коммунистов в том, что они недостаточно решительно боролись с угрозой румынизации Молдовы. Как бы то ни было, отказ коммунистов от акцентирования внимания на языковой проблеме позволял держать конфликты на этой почве в «замороженном» состоянии. Экономическое и культурное развитие, возможно, со временем смягчило бы эту проблему, если иметь в виду, что среди «румынистов» множество тех, кто, сравнивая уровень развития Молдовы и Румынии, приходит к ощущению провинциальности, «недоразвитости» молдавской идентичности. А хорошие темпы всестороннего развития, изменения к лучшему, безусловно, во всех случаях помогают гражданам испытывать чувство гордости, патриотизма и ощущения самодостаточности своей культуры и своего государства.
При этом абсолютное большинство сторонников сохранения и развития всего уникального молдавского, в том числе сохранения глоттонима «молдавский язык», не оспаривают тот факт, что молдавский и румынский язык идентичны (хотя многие «румынисты» пытаются представить их позицию как стремление обосновать существование отдельного языка). Также они не оспаривают необходимость улучшения, укрепления отношений Молдовы и Румынии. Но при определённых условиях. Для начала Румыния должна подписать базовый договор и договор о границе. А в современных политических условиях стремление Гимпу и Филата ликвидировать молдавский язык является ничем иным, как одной из ступеней культурного, экономического и политического слияния Молдовы и Румынии, уверены они. «Нет никакой разницы между румынским и молдавским. Но если румынский язык предусмотрит Конституция, это станет шагом к объединению Молдовы с Румынией», — сказал депутат от ПКРМ Марк Ткачук в эфире радиостанции «Эхо Москвы». Поэтому отрицать молдавский язык означает изъявлять верноподданнические чувства по отношению к Бухаресту, пытающемуся изжить молдавский язык как краеугольный камень культуры и самосознания народа.

 

Бельгийская общественность взбудоражена появлением на обложке журнала недавно избранной «Мисс Бельгия-2010» Силу Аннис, топчущей бельгийский государственный флаг, в компании бельгийского политика Барта де Вевера, известного своими сепаратистскими взглядами.Под ногами красотки лежит скомканный флаг Бельгии, а из-за её спины выглядывает лидер фламандских националистов де Вевер с коварным выражением лица и с ножницами в руках, якобы готовясь разрезать красную ленту главной красавицы страны ровно посередине слова «Бельгия».Не удивительно, что довольно двусмысленная и полная намёков на разногласия среди двух основных сообществ страны фотография фламандки Силу Аннис вызвала такой всплеск эмоций в бельгийском обществе, особенно в Валлонии. Как пишет бельгийская пресса, сам де Вевер заявил, что фотография — всего лишь «хорошая шутка» и «не надо видеть в ней никакого политического послания». Но бельгийцы ему не поверили.
 

Без сомнения, и в Кишинёве и в Бухаресте есть политические силы, которые определили своей целью вхождение «Бессарабии» в состав Великой Румынии. Спорить можно лишь о силах и возможностях этих сил. В Румынии, к примеру, главный «объединитель» — действующий президент, харизматичный Траян Бэсеску. Он совершает много энергичных действий.  Михай Гимпу, в отличие от Виталии Павличенко и Анатола Петренку, не говорит открыто о том, что он стремится к уничтожению молдавской государственности, хотя в начале 90-х он стеснялся меньше. Несмотря на то, что у такой «скрытности» есть все логические основания (принципиально иная воля молдавского народа и, следовательно, возможность быстрой потери власти при открытом оглашении подобных целей), некоторые эксперты и политологи утверждают, что коммунисты существенно преувеличивают «румынскую угрозу». Не убеждает их ни заимствованная у Румынии государственная символика Молдовы, ни гигантская, не сопоставимая ни с чем информационная поддержка и информационное присутствие прорумынских и румынских СМИ в Молдове и искусственное стремительное сокращение влияния «мешающих» и «оккупационных» русскоязычных СМИ, ни рост количества молодых людей, считающих себя румынами, ни провалившаяся попытка ввести в школах историю Молдовы, ни горшок молдавской земли, которую примар Кишинёва отвёз румынскому президенту, ни, в конце концов, водружённый над аппаратом президента румынский флаг. Эти эксперты полагают, что очередной шаг — введение румынского языка в качестве государственного — тоже не представляет угрозу молдавской государственности.
Но по этой же логике общая система стандартизации, общие оборонные силы, общие заседания парламентов тоже не означают слияния. Легко можно предсказать, как эксперты будут показывать международные примеры, когда что-то общее было у двух или более стран.
По-видимому, для того, чтобы все комментаторы заметили угрозу уничтожения молдавской государственности, нужен акт об объединении. Правда, в таком случае комментировать уже будет нечего.