«Ищу работу. Профессия: погромщик»

Участники двухгодичной давности апрельских погромов пожаловались примару Кишинёва, который они «украсили» двумя глухими заборами, на дискриминацию со стороны работодателей. Погромщики сообщили примару, что они испытывают «определённые трудности» при приёме на работу. И в результате данного прискорбного факта им, погромщикам, не на что покупать себе модную одежду, продвинутые девайсы и усиленно питаться. Ну, скажем честно, так подробно они примару Киртоакэ, конечно, не жаловались, но на что ещё может потратить деньги молодой погромщик? Разве что — на алкогольные напитки, от которых так хочется что-нибудь погромить.

Погромщики жаловались Киртоакэ на работодателей, не уточняя при этом, какими ценными для работодателей профессиональными навыками они обладают, какое у них образование. Судя по характерной картинке, сохранившейся после 7 апреля на различных типах носителей, далеко не все из погромщиков могут претендовать на квалифицированную и хорошо оплачиваемую работу. В силу нежного, зачастую школьного, порой студенческого возраста. Для начала таким погромщикам нужно окончить соответствующее учебное заведение, по возможности — окончить хорошо, получить востребованную среди работодателей профессию и только после этого обращаться к ним по поводу трудоустройства. И только после отказа уже к Дорину Киртоакэ с жалобой.

 

   Погромщик разнесёт офис, побьёт все окна, сожжёт уставные и бухгалтерские документы, выпьет весь алкоголь, заготовленный на корпоративную вечеринку, подпалит помещение с четырёх углов, украдёт компьютер и на кресле выкатится на улицу, прижимая к груди монитор.

Если же идёт речь о погромщиках постарше, то они делились на несколько категорий. Часть из них принадлежит к той счастливой антисоциальной группе, которая никогда и нигде постоянно не работала, перебиваясь случайными заработками за участие в митингах протеста или вот — погромах. Другие погромщики постарше работают лишь в тех неприятных случаях, когда их изолируют от общества решением суда, а в остальное время предпочитают нетрудовые доходы от гоп-стопов и квартирных краж. Судя по характерным наколкам, причёскам и выражениям лиц, таких погромщиков в центре Кишинёва было не так уж и мало.
Если учесть особенности данной категории погромщиков, то их жалобы Киртоакэ на работодателей являются по сути либо выражением недовольства по поводу общего обнищания граждан Молдовы, которые, будучи ограбленными нашими жалобщиками, имели при себе незначительные материальные ценности, либо претензией на мягкость тюремного режима, не предполагающего физического труда на благо общества. И в первом, и во втором случае их апелляция к примару Киртоакэ выглядит несколько необоснованной.
Ещё один тип погромщиков постарше — так называемые «обиженные бизнесмены», которые, по логике вещей, после смены политического режима в Молдове должны были автоматически вступить в период беззаботного процветания и уж точно не христарадничать.
Ну, и, наконец, участники событий 7 апреля, их благополучно организовавшие. Эти все вроде трудоустроены. Есть среди них даже первые лица государства, без упоминаний уже о депутатах и министрах. Работодатель у них — государство, которым они сами же и управляют. Жаловаться вроде как не на что, кроме себя, не на кого, и уж точно — не примару Киртоакэ, которые вскоре и сам останется без работы.
Наиболее распространённым типом погромщиков были так называемые «профессиональные румыны». С этой точки зрения, можно понять работодателей: как правило, реальный сектор экономики и даже виртуальный сектор экономики не испытывает острой нужды в профессиональных румынах. К тому же у представителей данной, увы, нередкой в наших местах профессии не складываются отношения с трудовой дисциплиной. Они почти постоянно заняты ксенофобией, баталиями на интернет-форумах, рассылкой вредоносного спама, расписыванием стен в исторической части вверенного Киртоакэ города надписями «Басарабия — пэмынт ромынеск», участием в различных шествиях, акциях или вот — погромах. С другой стороны, является вполне объяснимым обращением погромщиков из числа профессиональных румын именно к примару Киртоакэ: он тоже профессиональный румын и больше ничего не умеет делать, вот и понадеялись, что свой своих потянет. Но поскольку Киртоакэ вскоре сам останется без работы и пополнит ряды безработных профессиональных румын, то их надежды на помощь с его стороны выглядят несколько надуманными.
Погромщики пожаловались примару Киртоакэ на то, что работодатели не принимают их на работу с распростёртыми объятиями и повышенными зарплатами. Вполне вероятно, работодатели не догадываются, что соискатель высокооплачиваемой работы — погромщик (пардон, участник апрельской революции, герой, свержитель ненавистного воронинского режима). Конечно, если бы они знали, что перед ними погромщик (пардон, участник, герой, свержитель) они бы, возможно, с радостью принимали бы их на работу.
Интересно, указывают ли соискатели факт участия в погромах (они же — революция) в своих СV в графе «профессиональная деятельность). А ведь если не указывают, то, собственно, на что погромщики жалуются примару Киртоакэ? И с чего они берут, будто дискриминационный подход со стороны работодателей связан с их активным участием в апрельских погромах?
Совершенно другое дело, если погромщики указывают в своих СV, что они действительно погромщики. Тогда их жалобы примару Дорину Киртоакэ вполне объяснимы. Но и в данном случае можно войти в положение работодателей. Если в графе «профессиональная деятельность» CV значится один-единственный пункт: «участие в погромах 7 апреля», то уровень квалификации по основной специальности может вызвать у работодателей определённые сомнения. Опять же работодатели, прочитавшие данный пункт в CV, могут (разумеется, беспочвенно) опасаться за сохранность своего движимого и недвижимого имущества. Они могут подумать, будто благополучно трудо-устроенный погромщик вдруг возьмётся за старое. Тогда он разнесёт офис, побьёт все окна, сожжёт уставные и бухгалтерские документы, выпьет весь алкоголь, заготовленный на корпоративную вечеринку, подпалит помещение с четырёх углов, украдёт компьютер и на кресле выкатится на улицу, прижимая к груди монитор. Возможны варианты: всё то же самое плюс наложит на стол работодателя и вывесит флаг Румынии над офисом, предварительно метко разбив голову тяжёлым стикером представителям подоспевшей к месту инцидента службе охраны, за что впоследствии упомянутый раненый будет предан всеобщему презрению и даже уголовным преследованиям. Конечно, в таком случае можно сказать, что работодатели являются существами крайне несознательными, однако хоть минимальному пониманию они всё же подлежат.
Погромщики пожаловались Киртоакэ на работодателей и попросили работы у самого Киртоакэ. Киртоакэ, который и сам скоро станет безработным, никакой работы погромщикам не предоставил. Видимо, они хорошо помнят друг друга по 7 апреля.