Ясные механизмы и размытые перспективы

Как и при каких условиях молдавский парламент сможет избрать президента?

Молдавская конституционная баллада уже так затянулась. Рифмы её настолько нескладны, а аккорды рваны, что воспроизвести все её части непросто. Тем не менее это какофоническое произведение альянса продолжается. Снова мы узнаём о запросах власти в Конституционный суд, вязнем в таинственных заявлениях, путаемся в разных тайных и явных планах различных партий властей пре-держащих. В чём сегодня интрига, понять непросто хотя бы потому, что интриги возникают в рамках существующих правил игры. То, что происходит последние полтора года, прозрачными правилами явно не грешит. И всё же реальная, объективная повестка дня существовать не перестаёт: Молдове по-прежнему нужна полноценная власть. Каковы перспективы избрания президента?

Пожалуй, единственная константа мук, связанных с попытками «родить» молдавского президента, — мнение Венецианской комиссии. Первый раз оно стало известно год назад. Тогда эксперты комиссии отметили, что преодоление политического кризиса посредством изменения Конституции должно происходить с соблюдением положений самой Конституции. В том контексте это означало, что изменение Высшего закона может быть осуществлено только в парламенте, так как его изменение путём референдума им самим не предусмотрено. Несмотря на такое однозначное, понятное и чёткое мнение, 9 марта прошлого года четыре власти сделали общее заявление о том, что Конституция будет изменена, а выборы проведены не будут. В ответ на это оппозиция выступила с резким протестом и квалифицировала действия власти как антиконституционные, дурно попахивающие узурпацией власти. Весна прошлого года прошла под красными знаменами многотысячных митингов протеста. В результате очень быстро оказалось, что не все составляющие альянса готовы идти по заявленному пути до конца. И идея отмены досрочных выборов провалилась.

 

   Позиция профильного института Совета Европы является «красными флажками» для нынешней власти. А это оставляет место для сдержанного оптимизма на то, что предложение оппозиции об избрании политически нейтрального президента может быть реализовано.

Тем не менее вопрос об избрании президента не ушёл с повестки дня. Власть переориентировалась на идею прямых выборов президента. При этом «гарантировалось», что в любом случае досрочные парламентские выборы состоятся (уже осенью благодаря признаниям Гимпу стало известно, что в случае реализации плана власти никаких парламентских выборов не было бы).
В июне Венецианская комиссия снова подтвердила своё мнение: изменять молдавский Высший закон путём референдума нельзя. Летом в парламенте были зарегистрированы два законопроекта, любой из которых позволил бы избежать нарушения Конституции. Но власть отказалась решать вопрос в парламенте и пошла на референдум, поставив вопрос о прямых выборах президента. Для этого лидеры альянса использовали визит генсека СЕ Торбьерна Ягланда, который сделал заявление, противоречащее рекомендациям Венецианской комиссии. Пока это беспрецедентный случай.
Чтобы оправдать свою позицию по необходимости проведения референдума, власть использовала все возможные запятые. Вокруг Конституционного суда стали твориться чудеса. На запрос депутата Цуркана о том, можно ли менять Конституцию путём референдума, суд отказался выносить решение, ссылаясь на то, что он уже растолковал этот вопрос своими предыдущими решениями. А в одном из таких решений сказано, что Конституцию можно изменять исключительно в парламенте, а формулировка второго толкования очень туманная и крайне двусмысленная. В альянсе за это зацепились.
Итак, референдум по вопросу о прямом избрании президента был проведён, вопреки мнению Венецианской комиссии и под огнём критики оппозиции, которая объявила его антиконституционным. Как известно, он тоже провалился.
После этого у молдавских политиков было несколько встреч с Венецианской комиссией и другими европейскими специалистами по праву. За всё это время мнение юристов высочайшего уровня не изменилось. По-видимому, до этого в альянсе бытовало представление, что Венецианскую комиссию можно будет использовать для штамповки нужных ему решений. Не получилось. Визит Гимпу в Страсбург в прошлом году завершился ничем. Недавний визит Лупу и его соратников по партии — тем же. Власть сначала с трудом сдерживалась, а затем вполне открыто стала критиковать Венецианскую комиссию. Европейские эксперты стали чуть ли не личными врагами Михая Гимпу, поскольку они раз за разом, методично били все его «тузы в рукаве». Он, напомним, заявил, что Венецианская комиссия не должна тут указывать и что в Молдове есть свои хорошие юристы. Наверняка он имел в виду себя.
По своему статусу члены Венецианской комиссии не могут выносить политических определений, а их мнение, пусть и обладающее высочайшим авторитетом, не является обязательным к исполнению в прямом смысле этого слова. Поэтому члены Венецианской комиссии неохотно отвечают на прямые вопросы о легитимности того или иного решения, затрагивающего юридическое здание государства и его демократические институты. Тем не менее нетрудно представить, как ошарашены они были, когда увидели, что власть не ограничивается проведением референдума, а методично уничтожает все горячо одобренные ими положения Избирательного кодекса, внедряет уникальную «формулу Робина Гуда», извращает одобренный ею Закон о ЦИК и так далее. Не говоря уже о том, что Молдова, находящаяся под мониторингом Совета Европы и потому взявшая на себя обязательство посылать на экспертизу все законы, имеющие отношение к функционированию демократических институтов, за последние полтора года не сделала это ни разу.
Да, Венецианская комиссия не будет объявлять нынешний режим антидемократичным, поскольку его задача — консультировать, когда этого просят. Но о том, как в Совете Европы восприняли все эти нововведения, хорошо свидетельствует реакция депутатов из разных политических групп (в том числе и правых) во время дебатов на последней сессии ПАСЕ. Напомним, в Страсбурге все предвыборные законодательные изменения молдавской власти были разбиты в пух и прах.
Последний визит представителей Венецианской комиссии в Кишинёв состоялся на прошлой неделе. Судя по всему, его целью было выслушать всех политических игроков, понять, что происходит на самом деле и каковы пути преодоления затянувшегося политического кризиса. Вопросы касались вероятности избрания президента и того, каким образом Молдова может прийти к этому результату. И в ходе последнего визита они снова повторили, что политический кризис может быть преодолён только путём соблюдения положений действующей Конституции. И это для европейских экспертов совершенно очевидно. А значит, шесть или девять запасных вариантов власти относительно того, как избрать президента без участия депутатов от ПКРМ, к примеру, на основании внесения изменений в органический закон, не будут санкционированы комиссией и в будущем. Лучшим свидетельством того, что и в этот раз европейские эксперты непреклонны, является гробовое молчание пресс-служб партий власти по поводу проведённых дискуссий.
Что мы имеем на сегодняшний день?
С одной стороны, есть всего два конституционных пути преодоления политического кризиса: это избрание президента в парламенте квалифицированным большинством или изменение 78-й статьи Конституции (естественно, тоже в парламенте). Другими словами, как бы ни изворачивался альянс и как бы ни были путаны хитросплетения молдавской политики, наша страна располагает ровно теми же путями преодоления политического кризиса, что и год назад.
С другой стороны, в альянсе существуют попытки найти другой, «третий» путь. К тому же если на этапе инициирования референдума позиции партий альянса совпадали, то сегодня у каждой из них — своя собственная позиция. Демократическая и Либеральная партии уже противятся прямым выборам. Гимпу рассчитывает на ликвидацию ныне действующей Конституции, Лупу — на то, что выборов не будет как можно дольше, либо на снижение количества голосов депутатов, необходимых для избрания президента, Филат — то ли на прямые всенародные выборы президента, то ли на голосование в парламенте за иную, нежели Лупу, кандидатуру.
Какая позиция возобладает — не известно. Пока нынешний парламент, избранный ещё в ноябре, сохраняет статус-кво и отказывается запускать процедуру избрания президента.
Соответственно, вопрос об избрании президента основывается на очень простых и понятных механизмах, но с очень неясной и запутанной политической перспективой.
И всё же позиция профильного института Совета Европы является «красными флажками» для нынешней власти. А это оставляет место для сдержанного оптимизма на то, что предложение оппозиции об избрании политически нейтрального президента может быть реализовано.