Центробежная сила

Олег Гаризан: «Региональные элиты пользуются слабостью власти в Кишинёве»

Собственные партии, которыми спешат обзавестись гагаузские политики, не имеют электоральных шансов, зато свидетельствуют о серьёзных финансовых ресурсах их «отцов-основателей». Об этом заявил в интервью «Пульсу» депутат парламента от ПКРМ Олег Гаризан.

— Олег Фёдорович, политический кризис в Гагаузии, кажется, преодолён. И финальную точку в тяжбах между Михаилом Формузалом и Николаем Дудогло поставила Высшая судебная палата Республики Молдова. Тем временем сторонники переизбранного башкана обвиняют проигравшего кандидата в том, что тот «поставил под угрозу особый политико-правовой статус автономии», обжаловав результаты региональных выборов в молдавском суде. На ваш взгляд, Дудогло как гагаузский политик имел на это право?

— Любой человек имеет право отстаивать свою позицию в тех инстанциях, которые ему доступны. Дудогло же не обратился в киевский, московский или стамбульский суд. Нет, он обратился в Высшую судебную палату Республики Молдова. И это нормальное явление, кода центр просят вмешаться, если политические силы в регионе не могут самостоятельно прийти к компромиссу. В конце концов, к этой конфликтной ситуации регион довели обоюдные действия как Формузала, так и Дудогло.

 

   Олег Гаризан: «В смутные времена таким способом региональные элиты выражают своё несогласие с политикой центра».

Позволю себе провести такую аналогию. Сегодня есть Европейский суд по правам человека, куда ежегодно обращаются сотни граждан Молдовы, и никто же их не обвиняет в том, что они нарушают суверенитет страны. То же самое правило применительно и к жителям Гагаузии, которые вольны обращаться в национальные судебные инстанции. Лишь бы решение было принято в рамках законности, а не в угоду той или иной политической силе.
 

— А как бы вы прокомментировали обещание Дудогло обжаловать решение ВСП в уже упомянутом вами Европейском суде по правам человека?

— Опять-таки это его право поступать так, как он считает для себя нужным. Здесь я не вижу для себя целесообразности что-либо комментировать.
 

— Электоральная гонка за пост главы Гагаузской автономии позади, и теперь политики готовятся уже к местным выборам. Башкан Михаил Формузал заявил о том, что будет поддерживать независимых кандидатов в примары, городские и сельские советники.

— Сам термин «независимый кандидат» — это всего лишь игра слов. Если этого кандидата поддержал Формузал, тогда он зависит не от политической партии, а от Формузала. Но что это меняет в конечном итоге?
 

— И всё-таки в Гагаузии есть чёткая тенденция: избиратели отдают предпочтение независимым кандидатам.

— Каждый населённый пункт автономии индивидуален. Где-то действительно представители республиканских политических сил дискредитировали себя, бросив тень и на ту партию, которую они на тот момент представляли. Поэтому там кандидаты, негласно поддерживаемые теми же партиями, идут как независимые. А в других населённых пунктах принадлежность к крупным партиям рассматривается избирателями как плюс.

— В то же время в прессе активно обсуждается информация, согласно которой, Михаил Формузал якобы собирается лично заняться партийным строительством. Вам что-то известно об этом?

— Да, это так. Он пытается создать политическую партию республиканского уровня, которая будет участвовать и в местных, и в парламентских выборах. По моей информации, ведутся серьёзные переговоры с потенциальными сторонниками этой партии во многих регионах страны. И «эмиссары» Формузала уже столкнулись с первыми трудностями. Где-то в Бельцах или Флорештах люди относятся ревностно к тому моменту, что партией будут заправлять южане. Люди недоумевают, что это за республиканская партия, которой руководит исполком Гагаузии. Но сама работа Формузалом действительно ведётся на этом направлении.

— Думаете, Михаил Формузал рассматривает эту партию как трамплин в молдавскую политику после того, как истечёт срок его полномочий главы автономии?

— Не могу похвастаться тем, что знаю, какие планы у Формузала и его команды. Но сегодня перспектив у этой партии я не вижу.

— Это ещё один проект из серии Центристский союз Тарлева, Социал-демократическая партия Шелина, «Единая Молдова» Цуркана и пр.?

— Зачем создаются такие партии? Чтобы потом их продать подороже. Авторы всей этой затеи прекрасно понимают, что такая партия никогда не будет на первых, вторых или даже третьих ролях в молдавской политической жизни. Уже до рождения ей уготовлена участь внепарламентской оппозиции. При самом лучшем раскладе и только в избирательном блоке такая партия может получить одного-двух представителей в парламенте. И что дальше?

— А не произойдёт ли такая метаморфоза: как только у Формузала появится собственная партия, он будет призывать своих сторонников голосовать за кандидатов, выдвинутых от этой партии, а не за независимых?

— Выборы в местные органы власти назначены на начало июня. Вряд ли организаторы этой партии успеют в короткие сроки закончить процесс регистрации и выдвинуть собственных кандидатов. А если даже успеют — просто выступят в поддержку каких-то независимых кандидатов. В более отдалённой перспективе не исключён тот сценарий, о котором вы говорите. По-видимому, именно так всё и случится.

— Собственной партией хочет обзавестись и извечный конкурент Формузала — Николай Дудогло.

— Да, в этом вопросе они идут в ногу. Причём Николай Дудогло, кажется, даже первым озвучил эту идею, но потом, наверное, застрял в судах. Хотя у меня сложилось такое впечатление, что Дудогло делает ставку исключительно на южного избирателя и не замахивается на республиканский масштаб. Гагаузия, Тараклийский район, близлежащие украинские и болгарские сёла примыкающих районов — вот тот регион, в котором он планирует работать.

— Как бы вы оценили электоральные шансы и этой региональной политической силы, если она, конечно, будет участвовать в республиканских выборах?

— Я считаю, что сам феномен региональных партий возник в Молдове из-за слабости центральной власти. Это характерная черта не только для нашей страны: в смутные времена таким способом региональные элиты выражают своё несогласие с политикой центра. Согласитесь, ещё два-три года назад представить себе нечто подобное в Молдове было невозможно.

— Иными словами, часть электората разочаровывается в парламентских партиях, потому что те неспособны преодолеть политический кризис, и начинает искать альтернативные политические силы?

— Именно. Люди хватаются за утопию. Но, как только центральная власть в Молдове укрепится и обстановка в стране стабилизируется, социальной поддержки у этих партий не будет никакой.

— И всё-таки зачем Формузалу и Дудогло собственные партии?

— Создание партии и её содержание требует колоссальных финансовых ресурсов: аренда офисов в Кишинёве и регионах, затраты на административный персонал. В какой-то степени я рад, что у гагаузских политиков имеются такие большие деньги.