Не хотели как лучше, и получилось как всегда

Эпопея с формированием кабинета министров «Филат-2», похоже, завершилась. И завершилась не на самой мажорной ноте для тех, кто его формировал. Даже те наблюдатели, которые правую власть привыкли хвалить, ходят теперь с круглыми глазами и пытаются уже даже не сделать хорошую мину при плохой игре, а, скорее, даже как-то откреститься от всего происходящего.

«Силовой» подход

Самым, наверное, оригинальным моментом формирования правительства стал подход альянса-2 к силовому блоку. В частности, к наиболее значимому его министерству — тому, которое внутренних дел.
Вообще, Филат и иже с ним с самого начала своей оппозиционной деятельности грозились провести реформу во всех «правовых» и «силовых» ведомствах. На деле дальше назначения полутора-двух правозащитников советниками того или иного министра дело так и не пошло. Реформы Министерства юстиции никто не дождался. Переформирования ведомств, которые этими же людьми именовались не иначе, как «репрессионными», никто не дождался. Но с МВД вышло и вовсе весело, если у кого-то хватит сил в такой ситуации веселиться.
Судите сами. В момент прихода к власти в 2009 году Филат обещал назначить министром внутренних дел «нового человека», «не из системы». Договорился чуть ли не до того, что предложит «гражданского». Даже конкретное имя один раз назвал — накануне ещё апрельских выборов в качестве кандидата от ЛДПМ в министры был назван адвокат Виталий Нагачевский. А министром стал… Виктор Катан. Отставной генерал тогда стал рекордсменом — до него ещё никто в министерское кресло после десятилетнего перерыва не возвращался. Ничего не скажешь — совершенно «новый» человек, такой же новый, как и сам Филат, главный по приватизации в одном кабмине с Катаном.
Ну, а что теперь? Катан ушёл, чего, в общем-то, все и ожидали. Владимир Филат встречается с представителями гражданского общества. И это самое общество, продуктивно с премьером побеседовав, попросило у него назначения нового министра — гражданского. Филат ничего конкретного при журналистах не сказал, но дал понять, что вроде как не против — дабы весть о слушающемся предложении гражданского общества облетела газеты и информационные агентства. Что в результате? Новым министром стал силовик с неслабым таким стажем в КГБ, куда попал с должности в райкоме КПСС.

 

К слову сказать, Михай Гимпу такому назначению тоже обрадовался. «Алексей Ройбу сможет вытянуть мафию за уши», — сказал главный «антикоммунист» страны, давно питающий симпатию к «гэбистам», сделавшим карьеру в период президентства Петра Лучинского. Впрочем, и Филат с экс-президентом тоже вряд ли на ножах — сын последнего избран в нынешний парламент именно по его, Филата, партийным спискам.
Но самое смешное, что новый министр — это тот самый Алексей Ройбу, которого когда-то правая оппозиция именно в числе «мафиози» и называла. Источником всех бед именовали именно возглавляемый им Центр по борьбе с экономическими преступлениями и коррупцией. Который грозились упразднить все, кому не лень. И который теперь, естественно, не упраздняют. И даже напротив — спорят, под чьим контролем он окажется.

Смена министра без смены ситуации

Оригинальной выглядит и замена министра здраво-охранения Владимира Хотиняну. Преемник Хотиняну, Андрей Усатый, по странному совпадению, оказался его коллегой по вице-министерской должности в правительстве Иона Стурзы. И исправления ситуации, которую теперь легко можно свалить на предшественника, от него, как видно, не дождаться. Уже начали исчезать из аптек лекарства, не имеющие аналогов. Со старого министра, которого раньше всячески «отмазывали» от явно рискованных решений, теперь не спросишь. А новый не может сообщить ничего конкретного. Что как минимум странно. Ведь не с преподавательской же деятельности (как предшественник) на пост пришёл. Был, вообще-то, в последнее время главой РКБ — не последнее лицо в системе здравоохранения. Да и одним из лидеров организации медиков одной из правящих партий тоже является. Мог бы знать о ситуации, если бы хотел.
Новый министр просвещения — тоже фигура замечательная. Если Леонид Бужор, который просто представлял свою партию и навредить мог в основном бездействием, то Шляхтицкий — совершенно другого полёта. Этот не будет просто смотреть, как ирреальные законопроекты и постановления штампуются его начальством и подчинёнными. Он будет сам активно участвовать в процессе. Теперь студенты заключают пари, что первым делом новый министр закроет все бюджетные группы.

«Мой кандидат — ваши проблемы»

Ряд наблюдателей указывает на один любопытный факт: лидерам ДПМ крайне не понравилась перспектива обсуждать кандидатуры министров от той или иной партии совместно. Такое предложение было бы вполне логичным — партии могли бы не просто контролировать «выбранные» ведомства, но и влиять на политику остальных и, таким образом, максимально расширить круг представления интересов проголосовавших за них избирателей. Однако желание протолкнуть на должность «кого надо», ни с кем ничего не обсуждая, оказалось дороже. И именно такой сценарий предлагался при воссоздании Альянса «За европейскую интеграцию».
Подобная версия кажется всё более логичной, когда смотришь на состав правительства в той их части, которая предложена демократами. Если бы им пришлось обсуждать что-то с кем-то, то вряд ли тот же Дмитрий Дьяков сумел бы сохранить в должности министра культуры Бориса Фокшу, лишённого даже минимальной поддержки своих же союзников. И вряд ли кто-то бы серьёзно отнёсся к кандидатуре бывшего начальника конфетной фабрики и табачного комбината на пост министра информационных технологий. А так — всё просто: каждый предлагает кого хочет, а как они будут сотрудничать — не наши проблемы. Это уже проблемы избирателей, находящиеся для нынешней власти где-то далеко, совсем в другой плоскости.