Марина Витина 29.05.2009

Болевая точка

Новый вид сиротства — гастарбайтерское

Время от времени в СМИ появляется информация о том, сколько денег переводят в страну наши гастарбайтеры. Внушительные цифры, особенно если учитывать нынешнюю экономическую ситуацию и те трудности, что спровоцированы нашими «грандиозными» демократами, рвущимися к власти любой ценой. Реальность такова, что в ближайшие годы гастарбайтерство как явление сохранится. Оно не только выручает нас, но и в немалой степени расшатывает нравственные устои и вековые традиции страны.  

«Мы ждём тебя, мама!»
 

По некоторым данным, сегодня около 100 тысяч детей Молдовы остались без попечения одного или двух родителей, а 25 тысяч — вообще без попечения взрослых. Такие дети сами себя «воспитывают», а как это у них получается — наш разговор в следующих публикациях.
В прежние времена в сёлах Молдовы существовал такой обычай: к вечеру каждого дня, закончив все домашние дела, женщины выходили к калитке родного дома и там вели неспешные разговоры о прожитом дне, о детях и семье. Обычно в таких посиделках мужчины участия не принимали: у них был свой круг общения и свои темы для обсуждения.
Теперь летними вечерами у сельских калиток в одиночестве «дежурят» только мужчины — их жёны, сёстры, матери зарабатывают деньги в Италии, Турции, Испании и даже в далекой Австралии. Кто спорит, уезжают в далекие края не от хорошей жизни, это так, но всё растущее число «особых случаев», происходящих с гастарбайтерскими детьми, — от преступлений до психических расстройств — в который раз подтверждает старую как мир истину о том, что никакие деньги и никакие материальные блага не могут заменить ребенку родительскую любовь и заботу.
Психологи с тревогой говорят и о таком новом и тревожном явлении, как духовное отчуждение родителей-гастарбайтеров от собственных детей. Попадая в новый для них мир, с его отличными от наших правилами жизни, многие женщины-гастарбайтеры решают начать жизнь с чистого листа, оставляя в прошлом даже родных детей.
Не случайно в молдавском корпункте телепередачи «Жди меня» появляется всё больше заявок от детей, разыскивающих уехавших на заработки и благополучно канувших в неизвестность мам, многие из которых исчезают лет на десять из жизни семьи, а если потом на время и появляются, то лишь потому, что бывают «побеспокоены» той же телепередачей «Жди меня».
Расскажу лишь одну такую историю из множества хранящихся в моем журналистском блокноте. Из письма в редакцию телепрограммы «Жди меня» жителя Гагаузии Ильи Колака: «Десять лет назад наша мама, Наталья Петровна Колак (фамилия и имя изменены по просьбе детей), уехала на заработки в Италию. Мне в то время шёл семнадцатый год, а когда исполнилось восемнадцать, я завербовался на два года в Ирландию, где работал на сейнере и занимался добычей рыбы. Работа была очень нелёгкая, в любой шторм тебя могла смыть большая волна, но я всё перетерпел, помня о том, что дома меня ждут четверо сестер и братьев, младшему из которых в то время было шесть лет. Я часто звонил домой и с волнением спрашивал, не даёт ли знать о себе наша мама. «Нет, — отвечали мне три сестрички и братик, — отец подал документы на розыск, но пока всё безрезультатно». Прошло время, я вернулся домой и начал строить красивый новый дом, в котором самую светлую комнату отвёл маме, веря, что она непременно вернётся».
Из дней складывались недели, месяцы, годы. Выросли дети, и по-прежнему в доме то и дело слышалось: «Вот когда вернётся мама…» Но она не возвращалась, не звонила и не давала о себе знать. Наверное, сложнее всего приходилось мужу Натальи Петру, но он с достоинством нёс свой крест и ни разу не дал детям повода усомниться в порядочности мамы. Наоборот: в семье существовал её культ и любое упоминание о ней всегда было наполнено теплотой. А десятилетнее молчание мамы все объясняли тем, что, наверное, с нею что-то случилось и она просто не в состоянии подать весточку о себе.
Вот уж точно: в этом мире случайных встреч не бывает. Отправилась в Италию на заработки соседка семьи Колак, Ангелина. И надо же было такому случиться, что спустя неделю после приезда она встретила на одной из центральных улиц Генуи Наталью. Живую, здоровую, цветущую, модно одетую и явно не горюющую о своей прошлой жизни. Особой радости от встречи с Ангелиной Наталья явно не испытала, но соседка так цепко держала её за руку и так настойчиво тянула к телефону-автомату, что Наталья вынуждена была подчиниться ей.
Когда в телефонной трубке раздался мамин голос, ни дети, ни муж вначале не поверили своим ушам. Но сама Наталья так повела разговор, как будто не было десяти прожитых без семьи лет и вообще ничего такого, за что ей было бы стыдно, тоже не случилось. Потом от неё ещё было несколько звонков, и каждый раз дети, боясь, что мама на них вдруг обидится, не решались спросить, собирается ли она вернуться домой. И про предстоящую свадьбу одной из дочерей тоже не успели сказать, надеясь скоро увидеть маму.
И ошиблись. Она снова «потерялась». И снова надолго, по крайней мере, по сей день.

 

С глаз долой — из сердца вон
 

Может, и не стоило бы рассказывать эту историю, в которую с трудом веришь, но, как уже говорилось, она, увы, не единичная. Всё чаще на бескрайних европейских и иных просторах находят своё новое счастье «невозвращенки» — чьи-то жёны, матери, дочери. Как будто кто-то свыше приказывают им всё забыть и вычеркнуть из памяти.
Спрашиваю психолога Лидию Тиханович, что же это за феномен такой — матери, уже в зрелом возрасте бросающие семьи и не испытывающие при этом никаких угрызений совести. «К сожалению, в наше жестокое и прагматичное время, когда всё измеряется долларами и каждый сам за себя, подобные случаи не редкость. А теперь представьте себе: женщина, всю жизнь видевшая своё предназначение только в том, чтобы день и ночь трудиться и думать о детях, вдруг попадает в другой мир, где рабочие часы ограничены, а свободное время каждый волен тратить по своему усмотрению. Скажем и о другом немаловажном обстоятельстве: теперь у этой женщины появляются какие-то личные деньги, которые она тратит, как хочет. Если совсем коротко: мораль нового века с её новыми правилами взаимоотношений нередко разъединяет даже самых близких людей. Рассказанный вами случай — действительно один из многих, но это вовсе не значит, что все женщины-матери, уезжающие за границу на заработки, непременно похожи на вашу героиню. Примеров противоположного толка гораздо больше.
Абсолютное большинство женщин-гастарбайтеров и детям помогают, и домой при каждом удобном случае наведываются, а по прошествии времени возвращаются к детям и к мужу, как это и должно быть. Вы говорите о мамах, а я знаю немало бабушек, которые тоже не желают обременять себя уходом за оставшимися без родителей внуками и отбывают на отдых, оставляя детей на соседей, а то и на случайных знакомых», — рассказывает Лидия Артемьевна.
Всё или, по крайней мере, многое можно в этом мире понять, но когда полсела на выезде, а в домах остаются грустные, не знающие материнской ласки дети, оставленные, как те 25 тысяч «ничейных» мальчиков и девочек, о которых шла речь в начале нашего разговора, то, несомненно, есть серьёзный повод для тревоги, в том числе и на государственном уровне.
Практически все гастарбайтеры, с которыми удалось побеседовать, объясняют происходящее в их семьях безвыходным положением, не от них зависящим. Возможно, они в чём-то и правы, но знаю немало родителей, которые, пробыв в чужой стране короткое время и хоть как-то устроившись, тут же забирают к себе детей. Часто им за границей тоже приходится несладко: и бедствуют, и в куске хлеба нуждаются, но они — вместе, и это помогает выживать, не покалечив юные души.

 

Место под солнцем — Отечество
 

И подумалось: а что бы случилось с нашей страной и с нашим народом, если бы в страшные и тяжелейшие годы Великой Отечественной матери добровольно оставляли собственных детей, а сами отправлялись на поиски лучшей жизни в более хлебные и благополучные края? Голодали вместе, случалось, умирали вместе. Так неужели нынешние времена тяжелее тех, военных?
Есть ещё один вариант: найти своё место в родном Отечестве — как находят его многие наши граждане, которые ни за какие деньги не станут гробить здоровье детей, оставляя их на чужих дядей и тетей.
В семье Нины и Владимира Слюсарь шестеро детей, работает один отец, его зарплата — около двух тысяч леев, а пособие на младших ребят — 340 леев. Других доходов нет. Но два их старших сына-старшеклассника во внеурочное время подрабатывают. Один сбивает ящики для фруктов и овощей, другой — подмастерье у официанта ресторана. У семьи есть свой земельный участок, на котором выращиваются и фрукты, и овощи, кроме того, дружное семейство обрабатывает ещё две чужие сотки, получая за это свой процент от урожая. Старшие девочки сами обшивают младших, да и себя тоже и выглядят при этом ничуть не хуже более благополучных своих сверстников. И всё в этом неразоренном гнезде ладно, спокойно, взаимоуважительно.
Ну а то, что ни старших мальчиков, ни их младших сестричек не тянет в свободное время в дорогущие кафе и дискотеки, ни в коей мере не мешает им расти разносторонне развитыми и интересными людьми.
А в новом доме Ильи Колака по-прежнему пустует мамина комната. 

Комментировать

Оцените материал: