БАК: до и после нашествия альянса a

Какими последствиями обернутся бесконечные эксперименты правительства в образовании?

Помните, из-за чего рассорились между собой жители страны Лилипутии, решая, с какого же боку надо начинать чистить варёное яйцо — с левого или с правого? Примерно такой же «разборкой» вот уже два года занимается Министерство просвещения, решая, где же следует выпускникам лицеев сдавать экзамены — в стенах родных школ или в специально отведённых центрах.

На фоне крепчающих социальных стрессов (чего стоит повышение тарифов на газ и электроэнергию, отмена многочисленных выплат малоимущим), бесконечных «кухонных» разборок между «вождями» альянса, предвыборной «памперсно-рисовой» суеты и других шумных демонстраций любви к альянсу информация о регламенте сдачи выпускных экзаменов по бакалавриату прошла как-то незаметно, как говорится, не первополосно. А жаль, потому что обновлённый этот документ стоит того, чтоб о нём поговорить.
До 2009 года, то есть до нашествия альянса, выпускные экзамены традиционно проводились в школах, что с одобрением воспринималось самими выпускниками, учителями, родителями.
Судя по всему, единственным и главным «недостатком» данной формы проверки знаний в глазах нынешней власти стало то, что она была принята не ею, а ПКРМ, и уже потому подлежит разрушению до основания, что и было сделано: теперь выпускные экзамены снова проводятся в центрах.

 

   На карательные инструкции у нынешней власти ума хватает, а на реальную заботу о судьбах вступающей в жизнь молодёжи — нет.

Как относятся к этому директора школ, педагоги, родители?
Павел Михайлович Макарь, директор столичного лицея имени академика Сибирского, доктор физико-математических наук: «Я решительно против того, чтобы выпускники лицеев сдавали экзамены в центрах. И на то есть много причин: это и лишние стрессы для выпускников, связанные с пребыванием в абсолютно новой обстановке, и многие, никакой логике не поддающиеся запреты, а кроме того, немалые затраты государственных денег, без которых вполне можно обойтись. Тем более что наше образование финансируется по остаточному принципу».
Светлана Алексеева, директор лицея им. Горького, Бельцы: «Не одобряю проведение выпускных экзаменов в центрах. Не понятно, чем плохи для этого школы, в которых дети получали знания в течение двенадцати лет. Обижает и недоверие, которое в данном случае демонстрируется по отношению к педагогам. Выходит, учить школьников государство нам доверяет, а проверять их знания — нет».
Совершенно очевидно, что два прошедших года стали рекордсменами по экспериментам в образовании.
Кстати, в самом Министерстве образования сегодня творится что-то непонятное: практически ежегодно меняются министры, замы, начальники департаментов. Каждый новый чиновник, желая хоть как-то запомниться народу, а главное, понравиться власти, стремится во что бы то ни стало «отметиться» очередной «реформой».
Из практики двух последних лет уже понятно, что ни одна из инициатив правительства АЕИ не принесла ни образованию в целом, ни учителям, ни учащимся ничего хорошего.
Потому что альянсовские реформы — любые — связаны с традиционной неразберихой, взаимо-исключающими указаниями и безапелляционным «командирским» тоном начальства, которым оно прикрывает свою профессиональную некомпетентность. Удивительно ли, если, к примеру, в Фалештском районе образованием нынче руководит бывший агроном — зато «свой»!

Новый министр — новые инструкции?

Не стал исключением по части новаций и этот год. А так как предшественники нынешнего министра просвещения тоже были горазды на разные хитроумные придумки, то господину Шляхтицкому и впрямь пришлось проявить чудеса смекалки, чтобы вписать и свою страницу в отечественное образование.
Например, в этом году в состав экзаменацион-ных комиссий входят только «новички на стадионе», то есть те педагоги, которые ранее никогда не привлекались к проверке экзаменационных работ. И только так!
Абсолютно непонятна логика такого решения, которое вольно или невольно бросает тень на опытных, знающих своё дело учителей, ещё год назад работавших в предметных комиссиях. Они что, все, гуртом не оправдали доверия руководства и вмиг утратили опыт и профессионализм? А может, умудрились за счёт взяток соорудить себе коттеджи наподобие тех, что построены сегодня «слугами» народа?
Нет-нет, всё не так, возразило нам начальство, которому был задан этот вопрос. И объяснило, что просто новый министр ратует за ротацию кадров.
Вопрос: и при проверке экзаменационных работ — тоже? Ну не смешно ли?

А вокруг одни комиссии

Ещё одно новшество, до которого до сих пор не додумался ни один предшественник господина Шляхтицкого: официально введены платные консультации для выпускников в режиме онлайн. Час консультаций стоит 25 леев. Проводят их сотрудники Института непрерывного образования.
Лилия Ротару, учитель математики, Шолданештский район: «Я в течение месяца занималась с больным мальчиком, в доме которого не каждый день бывает кусок хлеба. Конечно, ни на какие деньги не претендовала и даже подумать об этом не могла, а теперь по решению самого министра открыто из образования делают бизнес»
Ещё одна новация нынешнего регламента по БАКу: работы учащихся, получивших высокие баллы — «9» и «10», непременно перепроверяются ещё одной комиссией. Точно по Райкину: «Вам нужна справка, что мне нужна справка». Если же выпускник не согласен с выставленной оценкой, то его работу перепроверяет ещё одна комиссия. А в результате нередко получается и так, что у семи нянек дитя без глазу.

Куда ж деваться «неуду»?

Но особую тревогу за дальнейшие судьбы молодого поколения вызывает то положение регламента, в котором чётко прописана дорога в никуда для немалого числа молодых людей. А таковых, получивших на выпускных экзаменах «неуды», в прошлые годы было немало — до 10% ежегодно, то есть до трех тысяч человек. Согласно регламенту, те выпускники, которых постигла неудача на выпускных экзаменах, лишаются права спустя какое-то, относительно короткое время пересдать экзамен. Предпринять новую попытку можно только спустя год.
В тех же европейских странах, на которые  альянс смотрит с придыханием, на выпускных экзаменах получают «неуды» около 40% выпускников, после чего им предоставляется широкая возможность поступления в колледжи, ПТУ и сдачи экзаменов экстерном. Итак, там отсев составляет примерно 40% от общего числа выпускников лицеев, у нас — 10%. При этом 70–80% отсеявшихся и уходящих в никуда неудачников приходится на сельскую молодёжь. Из каких семей — догадаться нетрудно. Надо ли им за незадавшуюся судьбу дарить дипломы бакалавров? Однозначно — нет, но и бросать так, как кутят, без перспектив, без надежды всё же получить образование — негуманно и не по-людски. А государство, власть бросают.
За «бортом» жизни в абсолютном своём большинстве остаются дети из неблагополучных семей, предоставленные самим себе. А обвальный рост преступности среди молодёжи, набирающей «темпы» день ото дня, более чем красноречиво подтверждает пагубность любых инструкций, регламентов и указов, так или иначе по сути своей толкающих молодёжь в пропасть.
Павел Михайлович Макарь: «Не поддаётся никакой логике положение регламента о проведении выпускных экзаменов на получение степени бакалавра, согласно которому, выпускнику, получившему «неуд», разрешается повторно сдать сессию только через год. Но почему? И как объяснить тот факт, что, к примеру, девятиклассники-неудачники получают такую возможность  спустя месяц после  экзаменов, а выпускники лицеев её лишены? Мы часто ссылаемся на европейский опыт — так вот, там повторные сессии предусмотрены, есть они и в Румынии».
Выходит, и европейский опыт нам не указ. Виктор Николаевич Боцан, учитель химии, Оргеевский район: «По опыту точно знаю, абсолютное большинство ребят, не сдавших с первой попытки экзамен по БАКу, повторной не предпринимают. Выходит, сама система множит неудачников, обозлённых на весь мир».
У директора столичного лицея № 3 спортивного профиля Геннадия Суреновича Бабаяна на этот счёт есть своя точка зрения. Он убеждён в том, что надо более внимательно подходить к отбору учащихся для учебы в лицее — для их же пользы. Вряд ли школьник, с трудом перебивающийся с «четвёрки» на «пятерку», сможет «потянуть» лицейскую программу. Значит, ему надо помочь найти из ста путей, ста жизненных дорог свою единственную. Но такой работой сегодня в государственном масштабе не занимается никто. Не потому ли в проф-техучилищах недобор на рабочие специальности, а в лицеи принимают всех желающих? Но и в том, и в другом случае меньше всего в собственных бедах виноваты сами подростки. Они, как и во все времена, нуждаются в умных и профессиональных советах и рекомендациях, во внимании, которого лишены сегодня.
Выходит, на карательные инструкции у нынешней власти ума хватает, а на реальную заботу о судьбах вступающей в жизнь молодёжи — нет.
Пройдёт немного времени, и станет точно известно, сколько же тысяч выпускников лицеев и в этом году выброшено на «образовательную» свалку. Кто «подберёт» большинство их них — тоже известно.