Прогулки по Киеву

Проигнорировав Евровидение из-за диссонанса трепетной южной души с циничным мегаполисом по имени Москва, мы все же испытывали культурный зуд. Условные рефлексы — это серьезно. Карты раскидывать не стали — сразу решили провести выходные в Киеве. Так как дел там у нас, оказалось, много. Пройтись в ностальгии по местам боевой славы, вспоминая, как зажигали «Здубы» в 2005-ом
 на первом для Молдовы Евровидении. Посмотреть, как живут соседи, — все ж таки тоже столица. Испытать на себе, как ведет себя любимая таможня всех народов СНГ и других случайных туристов в свете новых решений — я опять-таки о соседской. Проверить нашу подругу-соотечественницу, временно работающую на территории Киева. И, наконец, прогуляться под знаменитыми киевскими каштанами, полюбоваться на Днепр, вдохнуть светлой энергетики этого любимого нами города. Поехали!

 

Испытания на себе пересечением границы с Украиной, не спорю, — разнузданное садо-мазо. Но в силу жизненных обстоятельств — угораздило когда-то же приехать в МССР учиться, выйти замуж и остаться! — мне теперь часто приходится ездить за границу, что звучит гордо, но выглядит в моих глазах, уж простите, политическим маразмом. Поэтому тренировка воли лишней не бывает.

 

Страхи обостряются
 

Семнадцать пассажиров задрипанного ночного автобуса (это раньше украинцы с «их» «Икарусами» с завистью глядели на «Мерсы» и «Вольво» молдавской стороны — теперь силы сравнялись, и, кажется, украинские автопарки уже новее и красивее) больше всего мучает один вопрос. Сколько надо денег, чтобы нашего гражданина пропустили на территорию Украины? Не будем сейчас обсуждать решение, само по себе «человечное» и «мудрое» — это ж какую зарплату должен получать среднестатистический житель нашей республики для того, чтобы, скажем, неделю провести отпуск с семьей у родственников или на курорте побережья? Вроде как пока оно в силу не вступило. Но опыт многих лет подсказывает: а разве ж это аргумент? Именно на зыбкой почве потенциальных нововведений обычно разыгрывается изощренная фантазия служб на границе. Фантазируют они и без почвы… Вспоминаю, как в прошлом году мой знакомый развернул в обратную сторону машину только потому, что украинским пограничникам недостаточно было ребенка, «вклеенного» в паспорта мамы, папы, оба в машине, плюс свидетельство о рождении. Не действовало ни то, что неделю назад на другом участке границы нормально пропустили и ничего не сказала — «вот туды и езжайте!» Ни требование показать документ, регламентирующий новые правила пересечения границы…. — «а мы его еще на бумаге не получали»… Возможно, вовлечение финансовых средств в урегулирование конфликта внесло бы гармонию. Но мой знакомый — парень принципиальный, бросил что-то типа «ну пусть ваша страна теряет мои деньги» и отдыхал в Вадул-луй-Водах — вместо Черного моря… Кстати, ровно через месяц, когда отпускной ажиотаж спал — и азарт госслужащих, соответственно, тоже, на том же контрольно-пограничном участке свежень-кий паспорт на девочку оказался не нужен. «Так вы ж сами просили!!! Вы же недавно нас не пропустили!!!» — «Кто??!! Что-то вы выдумываете!»  
Мучает нас вопрос не только «сколько?», но и «в какой валюте?»… Ночью страхи обостряются. На территорию украинской таможни наш автобус въехал, как только перевалило за полночь. Простояли мы там три часа… При этом не было ни активного движения какого-либо другого транспорта… ни пересменки. То есть стояли мы без всякой смысловой нагрузки.. просто так… Где-то через час водитель раздал декларации. На украиньской мове. Без вариантов. Знатоков его — из семнадцати человек — ни одного. Водитель тоже пожимал плечами. Заполняли, не столько узнавая славянские корни, сколько по интуиции.. Моя подруга Наташка писала на молдавском. В знак протеста, а также понимая, что по-русски тоже бесполезно — они же из национальной гордости не поймут москальский язык. Еще через час вытащили нас из автобуса для досмотра багажа. Вызывали по одному…
Вот тут душа требует лирического отступления. Все эти пересказы не для того, чтобы удивить, — каждый, кто пару-тройку раз пересекал границу с Украиной, имеет приблизительно те же впечатления. Я просто пытаюсь понять: ну почему проехать в соседнее государство, с которым столько общего, и в первую очередь банальные родственные связи по обе стороны границы, несоизмеримо сложнее, чем… да чем куда угодно! Я видела разные границы. Но как-то болгары, греки, сербы, финны, британцы, да те же русские, румыны — по отдельности и в совокупности — не устраивают трагикомедий при виде иностранных граждан. А украинцы — вроде свои, вроде родные — превращают, в общем-то, банальную процедуру в допрос с пристрастием, а автобус (машину) — в гетто.

 

Разнояйцевые
 

Можно, конечно, списать на специфические особенности национальности. Но мне, как носителю украинских генов, кажется слишком упрощенным подход. Можно кивнуть на политические отношения. И если руководство соседней страны вводит драконовские меры по отношению к Молдове наравне с Албанией и странами Африки, то чего ожидать от ретивых исполнителей на местах? Но тогда почему к украинским таможенникам и пограничникам столько же «любви» со стороны граждан других стран?
На досмотре мы оказались последними. Наталья резвилась. «Без сестры не пойду!» — «Эта, что ли, сестра? — кивнул на меня пальцем таможенник. — Родная?» — «Ага, близнецы!» — широко улыбнулась подруга откровенно-славянской внешности, чего никак не скажешь обо мне. «А че не похожи?» — «Так мы, это, разнояйцевые!». Тот переглянулся с напарником… Изучили документы, в которых не совпадали ни даты рождения, ни отчества… Сумки смотреть уже не стали: «Идите… сестры!!» — заулыбались…  
А может, им просто скучно там, на отшибе от цивилизации? Вот внесли мы оживление в их серую жизнь — и отпустили они весь автобус с Богом…

 

Хлеб насущный
 

…За несколько лет изменились подступы к Киеву. То тут гостинично-ресторанный комплекс по трассе, то там… все сверкает в гирляндах, туалеты с душевыми, в общем, Европа. Вот придорожный ресторан «Культурный олигарх». Гламурненько. Прототипов не встретили, но в целом действительно культурно…  
Небольшие пробки, подъезд к автовокзалу осложнен строительными работами. Место не самое симпатичное в городе, Киевская Русь явно начиналась не с площади Московской… Но к девяти утра Киев нами взят. Расшвыриваем назойливых таксистов, выбирая маршрутку. Едем расквартировываться.
Куда первым делом могут пойти гулять две образованные культурные барышни? Не угадали. На рынок. Печерский, продуктовый, говорят, не самый дешевый. Не буду перечислять, что мы накупили на 140 гривен, но могу отметить, что мы были приятно удивлены ценами — у нас бы на эту корзину, включая мясо, рыбу и кальмаров, понадобилось бы минимум раза в два больше. Гривна упала, а цены пока все те же… Понятно, что идиллия продолжится недолго, но нам повезло.

 

Поиск духовный
 

Мы идем в Лавру… Конечно, тех двух часов, что мы провели, гуляя по улочкам, заходя в церкви — некоторые из них реставрировали последние годы, трогая каменные кладки — их специально кусками в стенах обнажили, чтобы можно было буквально руками прикоснуться к тому, что строилось 700–800 лет назад, разглядывая старинные памятники, надгробия, и тут же — живых монахов, поливающих из шланга лужайки, о чем-то разговаривающих с прихожанами, подметающих и без того чистые тротуары — мало, катастрофически мало… Зелень, цветы, потрясающие виды на Днепр, тишина — по-моему, здесь, в Лавре, энергетика восстанавливается без каких-либо дополнительных ритуалов, и просветляется в душе…

Зелень, цветы, потрясающие виды на Днепр, тишина — по-моему, здесь, в Лавре, энергетика восстанавливается без каких-либо дополнительных ритуалов, и просветляется в душе…

В следующий день мы сначала, для разминки, бродим по улицам. Многое в центре отреставрировано, что-то на реставрации, как, например, роскошный Мариинский дворец. Я так поняла, что здания активно сдают в аренду — но с условием восстановить фасады. Цивилизация есть, во всех ее проявлениях — но она, скорее, гармонично дополняет атмосферу древнего города, а никак не перебивает ее. Стало обидно за наш центр, где уже так много бетона и стеклопакета, что, кажется, вот-вот — и дух старого Кишинева окончательно испарится, уступив место синтетическим освежителям моллов…
Андреевский спуск — он очень длинный, если учесть дурацкую привычку Натальи вступать в диалог с каждым торговцем лотка.. уже прикуплены рамочки, план старого города в свитке, что-то еще… Внизу, на площади, какой-то рок-концерт… Тусовка молодежная. От нашей отличается. Одеждой — выраженнее стиль. Манерами — меньше хамства, но больше раскованности. Наверняка это только первое впечатление, но какая-то уже... западная молодежь.
Что еще бросается в глаза. Жаль, не было под рукой блокнота, но много в названиях магазинов, кафе, ресторанов, салонов красоты юмора. Чего в Киеве не было прежде. Какой-то одесский дух. Много социальной тематики. В метро, по улицам плакаты с фотографиями больных деток, призыв к адресной помощи. У нас такого вообще нет. И множество растяжек и плакатов патриотического толка, что-то вроде «Я люблю Украину»…
К памятникам старины — современные скульптуры. Вот, к примеру, прямо на лужайке у Золотых ворот — памятник коту. Упитанный такой красавец… стоим, размышляем: к чему бы? Одна из местных тетушек, проходя, поясняет: видите напротив ресторан? Так вот этот кот приблудный был, прижился в ресторане, долго ходил в своих, но потом его сбила машина, и хозяин заказал памятник.

 

Изнанка
 

День третий, последний. Наталья рвется на блошиный рынок. Тянет ее к старине. До сих пор она видела знаменитый лондонский блошиный, хельсинский, белградский, афинский — разные… Особо лондонский впечатлил… Координаты киевского искали долго… нашли в Интернете черно-белые фотографии — насторожило, но не остановило... а также описание дороги к рынку на каком-то форуме… Девушка столь восторженно описывала путь на 12-м трамвае, что мы прониклись. Сорок минут езды вдоль промышленного района — заводов, труб и так далее... В каком состоянии писала тот коммент барышня, можно только гадать… И в результате мы оказались почти на свалке… Кучи мусора, бомжи, алкоголики.. И товар — выуженный из свалки. Разве пару столиков, на которых торговали латунными и медными ручками, иконами, монетами и прочими ценными предметами. Но в целом… Везде наливали водку. Зато Жета, принимающая сторона, увидела изнанку Киева — впервые за три года проживания в городе.
И, в свою очередь, повела нас в ресторан, недалеко от памятника Родине-матери.

 

Царское село
 

Лубок, но очень милый лубок под странным для русофобского нынче Киева названием «Царское село»: очень напомнило мне старый бабушкин дом на Черниговщине, беленые неровные потолки, деревянные крашеные двери, деревянные корыта, ухваты, венички-щеточки… плетень… лавки… Хорошенькие официантки в веночках. «Ничь яка ясненька» — аж расплакаться захотелось мне, вспоминая, как засыпала на веранде у бабушки под пение голосистой родни, раздобревшей от сала и горилки, когда один из музыкантов затянул под скрипку и аккордеон…
Вот и мы — и сало, и горилку, и борщ красный с пампушками, и восхитительные соленья. В общем, все такое, после чего даже возникла шальная мысль: а ну его, тот автобус, останемся еще на пару дней… Но все же, одумавшись, решили новую романтическую встречу на границе не откладывать.
 

И снова граница
 

Она состоялась. Ночью. Те же три часа. Причем автобус пропустили легко, без помех — и он целый час стоял. Таможенники, пограничники и какие-то еще службы — рядом… Разговаривали между собой. Никого не выпускали… Нельзя ни в туалет, ни курить. Пока паспорта не собрали. Почему не собрали? А так. Мы все давно привыкли к такому порядку — но почему???!!! В издевку развешаны ящички — «скринки» для жалоб…
Для полного «букета» ощущений еще час на так называемой таможне Приднестровья. Эти тоже… полчаса по их территории езды — но и этим заполни миграционные карточки. Маразм крепчал. «Ну-ка, раскройте все ваши сумки в салоне», — и парень дотошно разглядывал содержимое сумок и пакетов. Наткнулся на Наталью — та уже не сдерживая эмоций, распахнула чемодан так, что тот подпрыгнул, спросила: «Ну за что ж вы нас так не любите? За что так мучаете». А знаете, помогло… За пять минут все закончилось. Но ладно — Приднестровье… это особый случай, как болезнь, и, если честно, даже не обидно. Но что с Украиной?!
…И вспоминать бы мне из всех этих трех дней самоволки глаза двух пассажирок автобуса — бельгийки и голландки, подружек, видать. Непонимание, ужас, отчаяние, смертельная усталость. Вы бы видели эти глаза!.. Вспоминать — если бы не чудный, волшебный, уютный, несмотря на размах, какой-то даже домашний Киев, любовь к которому не убить ни одной таможне…