Глупость политической элиты

Татьяна Мармазова: «Национальная идея должна быть разумной, а не вести к гражданской войне или разрушениям»

Татьяна Мармазова, историк, проректор Донецкого государственного университета, политолог и депутат украинской Рады, специально для газеты «Пульс» изложила своё видение некоторых немаловажных экономических и культурно-политических процессов в Восточной Европе.
 

— Татьяна Ивановна, во многих своих выступлениях, на лекциях вы говорите об Украине как о проекте, не вполне состоявшемся государстве. Как вы считаете, Молдова — это тоже проект?

— Да, я считаю, что Молдова — это тоже своего рода проект. Я даже в этом уверена.
Что характерно для таких стран, как у нас с вами? Первое, что скажет любой обыватель, — это так называемые «цветные революции» и ставка на молодёжь. Те люди, которые разрабатывали эти проекты, долго не «заморачивались», выражаясь на молодёжном жаргоне.
Второй признак — нацеленность на манипулирование молодёжью. Молодёжь ведь очень податлива и легко воспринимает подобные вещи. Могу привести наблюдение из своей жизни. Это из того времени, пока моя дочь ещё не ходила в школу. Она тогда и в садик не ходила. Так вот, ребенок накануне 1 Мая посмотрел какую-то передачу и начал рисовать. И вдруг меня поражает: у нас на 1 Мая какая символика? Цветы и символика труда. А она сидит и рисует жёлто-голубой флаг. То есть дети, молодёжь более восприимчивы ко всем этим вещам. Я смотрю на молодёжь и за них радуюсь: они надевают жёлто-голубой флаг, и он для них символизирует страну, которой кто-то гордится, кто-то хочет гордиться, а у меня ассоциативный ряд совершенно другой. И как у историка, и как у человека, который 20 лет наблюдал, как мы к этому пришли.

 

Третий общий элемент — иностранный контроль над доступом к финансовым фондам. Можно проанализировать те фонды, которыми массово пользуются наши общественные организации и различные центры. Ведь такие фонды как грибы после дождя выросли во второй половине 90-х и начале 2000-х, если вы заметили. Благотворительная миссия? Да Боже сохрани! Понятно, что за ними стоит определённая политика. Это просто ещё одно доказательство того, что наши государства развиваются как проекты, но до конца они ещё не состоялись. То есть запущена определённая технология, а что будет дальше — увидим...

— Это общие характеристики для Украины, Грузии, Молдовы?

— Можно привести и другие примеры. Скажем, зачем нужен был конфликт на Балканах? Ведь и сербы, и хорваты до определённого времени жили нормально в одной стране, и это была одна из самых успевающих социалистических стран Варшавского договора. Но страну разделили, и это разделение на долгие десятилетия породило проблемы. Очевидцы рассказывают, что во время конфликта, если хорваты видели собаку, бежавшую с сербской стороны, её просто расстреливали за то, что она бежала оттуда. Я знаю, что у вас в Молдове тоже есть подобные проблемы. Мы не так давно проводили историко-политологическое исследование, у нас были ребята из Приднестровья, и мы прекрасно понимаем вашу ситуацию.

— Вы имеете в виду отношения Молдовы с Румынией?

— Да. Ведь картины того, какой у вас будет рай в Евросоюзе с Румынией, — это не больше чем россказни. Всегда надо просчитывать интересы, и в первую очередь интересы экономические. Ведь можно и рай так описать, что непременно туда захочется, а потом войти туда можно будет только на коленях и полумёртвым — тогда зачем он нужен, такой рай?
Все эти проекты, на мой взгляд, — это попытки насадить режимы, послушные «базе».

— Сегодня в Молдове модно обвинять во всей внутриполитической ситуации Россию из-за проблемы в Приднестровье. Ведь возврат к прорумынской политике даёт Приднестровью возможность максимально отдалиться от правого берега Днестра. Какова тут роль России?

— Я думаю, что, безусловно, у России, как у любой очень большой страны, есть свои интересы. Любая уважающая себя страна — великая страна, в том числе и Америка — своих граждан, соотечественников, представителей мажоритарного этноса своей страны не должна нигде оставлять. Вот в Приднестровье сколько русских? Считается, что приблизительно пополам. То есть это специфический регион, который должен учитывать, что там проживает немало украинцев и русских, которые соотносят себя с Россией. И интерес России тут естественен.

— Сегодня, по данным опросов общественного мнения, очень малый процент населения в Молдове считает, что страна движется в верном направлении. Было ли так на Украине?

— Надо понимать, что рано или поздно наступает момент истины: когда ты устаёшь терпеть, надеяться, что политики поведут твою страну в нужном, как ты его понимаешь, направлении, нормальном русле, прежде всего экономического развития, и не будут заниматься националистическими россказнями. Мы были за шаг до катастрофы, потому что всё то, что происходило в нашей стране, происходит или может произойти и у вас: экономика развалена, люди, которые находятся у власти, либо в силу личных качеств, или в силу каких-то обстоятельств не способны вывести экономику из кризиса. Плюс ко всему история не знает примеров, в которых из экономического кризиса, из развала экономики выходили бы демократическим путём. Это нереально и неестественно. Конечно, могут быть действия каких-то кампаний… Но когда всё разваливается, это просто невозможно.

— Значит, когда всё разваливается, нужна не демократия?

— Само слово «демократия» по-разному может трактоваться, вот в чём его опасность. Оно сегодня может привести в тупик независимое государство. Сегодня вообще довольно часто говорят о том, что XXI век — это век генетики и век цивилизационного выбора, век, в котором возможны религиозные противостояния, если не войны. От этого и надо отталкиваться. Чего хочет молдавский народ? Какую он хочет выбрать для себя роль? Где он себя видит? Где ему комфортнее?

— Некоторые политические аналитики считают, что после образования Евросоюза уже нет особой разницы во внутригосударственных границах для стран-членов. Но если уж речь зашла о Евросоюзе... Мне как-то довелось пообщаться с гражданами Латвии, и они рассказывали, что их национальная экономика после вступления в ЕС была разрушена…

— Конечно. А на что они надеялись? Вы понимаете, это обман людей. Меня в этой ситуации удивляют масштабы лжи, в которой мы живём. Кроме стран Прибалтик, можно привести и другие примеры. То, что происходило этим летом в Греции, вполне закономерно. У меня там есть знакомые, они средние бизнесмены. Так вот, когда образовался ЕС и Греция перешла на евро, люди почувствовали это на своих карманах. Причём почувствовали не слегка, а очень интенсивно. Но об этом опять-таки почти не говорилось, ведь политика была направлена так, что вступать в ЕС — это хорошо, всем были обещаны золотые горы. Процесс глобализации в мире достиг таких масштабов, когда она даёт прежде всего прибыль и дивиденды крупных транснациональных корпораций, и считайте, что мир уже, грубо говоря, поделён.
Когда нам говорили, как классно вступать в ВТО, мы своим студентам на доступном языке объясняли, что такое ВТО. Это то, с чем столкнулись в Прибалтике. Вы знаете, мне их жалко. Мне жалко ту молодёжь, которая поверила в красивые слова, расписанные идеалы, которая захотела самостоятельности… Ребята, вы её получили, причём получили сполна.
Для Прибалтики основа экономики — это сельское хозяйство. А транснациональные корпорации давно начали разрабатывать проекты генно-модифицированных продуктов. Почему? Потому что это гораздо дешевле и даёт суперприбыль. То есть они не заинтересованы в натуральной продукции — это первое. И второе: зачем им, которые уже имеют где-то плантации и мясомолочные ресурсы, поднимать страны Прибалтики? Конечно, они их в ВТО приняли, в ЕС приняли — и на этом всё. И сегодня их просто используют, поскольку у них марионеточные режимы, именно режимы. Они позиционируются как те, кого выбрало население, — я допускаю, что за них действительно проголосовало большинство населения, спорить не буду, но надо же понимать, какой информационный ресурс был затрачен, чтобы эта картинка так красиво смотрелась. А на самом деле люди ощутили на своих кошельках, на себе то, что их экономика стала разрушаться.
Так вот, возвращаюсь к студентам. Я всегда говорила: ребята, перед нами стоит выбор: вступать или не вступать в ВТО. Вступая туда, мы берём на себя обязательства и ограничения. Наш рынок будет завален товарами народного потребления, лёгкой промышленности, сельскохозяйственной промышленности, выбор будет сумасшедший и будет впечатление, что мы достигли определённых благ. Но откуда будут приво-зиться эти товары? В основном это будет привозиться из стран, в которых себестоимость этих товаров ниже, то есть из стран, которые принято называть «странами третьего мира». Поэтому пройдёт какое-то время, и вы увидите и почувствуете, что экономика нашей страны развиваться не будет.
Посмотрите, все говорят о феномене Китая. Он действительно есть. Сначала они накормили свой миллиард, как они это делали — общеизвестно, затем они развили кустарную — лёгкую — промышленность, они заполонили весь мир товарами совершенно низкого качества, но и с низкой себестоимостью, потом эти деньги стали вкладывать в развитие промышленности и образование. У них вузы вообще освобождены от налогов. Классно? Да это потрясающе, потому что наука, конечно, будет процветать. А то, что они сделали, за несколько лет построив суперсовременные металлургические комбинаты? Вот, пожалуйста, пример. Пока Китай набирает обороты, мы решаем, какая же всё-таки национальность у тех, кто живёт в нашей стране. Это же глупость!

— Глупость политической элиты?

— Конечно, политическая элита теперь ни от кого не зависит, нет «старшего брата», который будет давать указания, сами себе хозяева. Могу привести хороший пример. К нам в университет как-то приезжала Руслана Лыжичко, она какое-то время была депутатом Рады. Ей задали вопрос: «Что вас больше всего поразило, когда вы работали депутатом?» А она ответила: «В сессионном зале все ругаются, а в буфете все целуются». И вот это — наша политическая элита.

— Но сегодня на Украине уже другая власть.

— Да, мы через это прошли. Можно ли сказать, что всё это в прошлом? На сегодняшний день — да, а завтра всё может повториться опять. Потому что пока правящая элита не поймёт, к чему это всё может привести, пока она не осознает, будут работать другие законы. Чем быстрее мы поймем, что национальная идея должна быть разумной, а не вести к гражданской войне или разрушению, чем быстрее это поймем мы, чем быстрее это поймёт молодежь, тем быстрее мы выйдем из гуманитарной катастрофы, в которой оказались все страны бывшего СССР. Конечно, никто из нас не будет спорить с тем, что сегодня Молдова проходит путь, очень похожий на тот, который проделывала Украина несколько лет назад. Чем это закончится — решать вам.