АЕИ: война всех против всех

Молдова стала заложницей собственной власти

Выскажем парадоксальную мысль: за два года, сколько существует новый, либерально-демократический формат власти, в Молдове не осталось предпосылок для независимого и суверенного развития. Кроме одной: непрекращающегося конфликта между партиями правящей коалиции.

Парадокс

В этом-то и заключается парадокс: государственность страны сегодня держится на этом бесконечном конфликте, не позволяющем власти, консолидировавшись, сделать последний шаг, вытекающий из всей логики бесславного, катастрофического двухлетнего правления. А именно — объявить о ликвидации Республики Молдова через аншлюс, «унирю», «евроинтеграцию», формулировка в данном случае не имеет ни малейшего значения. Да-да, страшно осознавать, но сегодня инерционное движение Молдовы по пути государственности является побочным, необязательным результатом коалиционных дрязг.
Все остальное — от социально-экономи-
ческого базиса до законодательно-идео-логической надстройки Молдавского государства — разрушено действующей властью. И вряд ли хоть у кого-то остались сомнения в том, что это было сделано совершенно сознательно. Катастрофически зашкаливает уровень внешнего долга, а наполнение бюджета снижается; галопируют цены, а социальные выплаты не растут; бодрая статистика, свидетельствующая об «экономическом росте», оборачивается социальной деградацией; растет разочарование, но фальсификации на выборах не позволяют гражданам исправить ситуацию; закрываются школы, и уже готов проект ликвидации Академии наук (она тоже есть в Бухаресте); вместо реинтеграционных проектов, подготовка «цивилизованного развода» с Приднестровьем; и главное: общество вот-вот начнет игнорировать законы, поскольку их, включая Конституцию, цинично попирают власти. Безусловно, можно жить, как-то развиваться и в условиях тотального беззакония при условии умелого административного управления, однако этого власть не демонстрирует тем более. Иными словами, сегодня, в результате двухлетней деятельности двух выпусков альянса, не осталось практически ничего, что можно было бы предъявить в качестве устойчивого фундамента, на котором может удержаться трещащее по швам государство. Ни-че-го!

Юбилей независимости, прошедший под румынскими флагами, унионистский шабаш, устроенный властями 31 августа, супротив которых не возражал ни ясский выпускник Филат, ни секретный бухарестский орденоносец Лупу, могли бы стать жирной точкой в недолгой истории новейшего молдавского проекта. И, пожалуй, лишь дикая ненависть лидеров АЕИ друг к другу, а, возможно, и конкуренция за пальму первенства в принятии этого страшного геополитического решения, не позволили свершиться катастрофе, несмотря на всю символическую заманчивость совместить ее с 20-летием суверенитета.

Которые тут незаконные?

Если исходить из этой сомнительной данности, получается, народ Молдовы, заинтересованный в независимости страны, должен всячески поддерживать конфликт, тлеющий внутри власти, радоваться ему и надеяться, что он никогда не прекратится. Вспомним, поначалу представители АЕИ даже бравировали этим: дескать, это и есть подлинная демократия, мы ругаемся, люди волей-неволей узнают правду. Причем то, что у людей от «правды» встают дыбом волосы и опускаются руки — это ничего. А то, что, дождавшись «правды» о процветающих внутри власти воровстве, коррупции, рейдерстве, люди так и не дождались наказания виновных, фактически открыто названных «преступниками» — вот это уже страшно. Это ставит крест на оптимистичных представлениях людей о собственном государстве. Это порождает в людях логичные вопросы — почему дядя Вася, укравший с голодухи курицу, должен отбывать заслуженное наказание, а дядя Владик, укравший, по словам другого дяди Владика, миллионы, если не миллиарды, должен быть одним из руководителей страны?
Это и есть главная «засада»: изматывающий конфликт внутри власти, на котором, как на зеленых соплях, держится все, что осталось от молдавского суверенитета, одновременно является и той бездонной ямой, куда все в один момент рухнет. Окончательный и неизбежный провал руководства неизбежно станет окончательным провалом страны. И это тем более очевидно, что уже сегодня власть сложно назвать полностью законной. Потому, конфликтуя друг с другом, в том числе, на эту скользкую тему, лидеры различных партий альянса имеют право доказывать, кто из них более легитимен, а кто — менее нелегитимен. Но лишь для того, чтобы вдруг выяснить: права занимать свои нынешние посты, да и вообще называться властью, ни у кого из них нет.
Лупу в качестве президента, пусть даже и.о., нелегитимен вовсе. Это хорошо известно. Долго расписывать требования закона по срокам начала процедуры избрания президента, но очевидно: выборы главы государства должны были уже давным-давно состояться. С предсказуемым результатом — а именно неизбранием Мариана Лупу на президентский пост. За него не проголосовали бы представители ПКРМ, и, как стало ясно уже сегодня — депутаты ЛДПМ. Это обозначает, что АЕИ-2 уже несколько месяцев как прекратил бы свое существование. Скорее всего, досрочные парламентские выборы либо уже состоялись бы, либо вот-вот должны были состояться. И это в свою очередь обозначает, что и все руководство парламента, и — в особенности, правительство, включая премьер-министра Филата, — являются сегодня в той же мере незаконными, в какой незаконным является и.о. президента Лупу.
Известен шулерский ход, по которому сегодня вопрос о возможности избрания президента отдан на откуп Конституционного суда. Именно высшему органу конституционной юрисдикции предстоит принять решение, можно ли изменить конституцию органическим законом, то есть — простым большинством, чтобы простым же большинством, 52 голосами, избирать главу государства. Если суд примет подобное решение, оно будет незаконно, и судьи это прекрасно понимают. Об этом говорят эксперты Венецианской комиссии Совета Европы, об этом же — недвусмысленно — молдавское законодательство. Оно предусматривает, что Конституцию можно менять при помощи специальных конституционных законов, но никак — не органических. Однако оспорить это незаконное решение будет негде, поскольку Конституционный суд является высшим органом юрисдикции в государстве. И по своей разрушительной силе для государства и его устоев подобный вердикт мало с чем может сравниться.
Занятно, что озвучена официальная позиция главы Конституционного суда Думитру Пулбере, который открытым текстом заявляет, что альянс, начиная с сентября 2009 года, вопиющим образом нарушает Конституцию, назначив исполняющим обязанности президента Михая Гимпу, а затем — Мариана Лупу. Характерно, что в течение двух лет, пока длилось это вопиющее нарушение Основного закона со стороны власти, Думитру Пулбере хранил загадочное молчание, не высказывая своего мнения относительно допущенного властями беззакония.
«Прозрел» он лишь после того, как небезызвестный «Викиликс» «слил» содержание разговора Мариана Лупу с послом США в Молдове Азифом Чодри. Выяснилось, что Мариан Лупу, претендующий на пост главы целого государства, доверительно сообщал американскому дипломату о том, что пытался склонить руководителя Конституционного суда к сотрудничеству, да еще сетовал, мол, Пулбере слишком любит деньги. То есть претендент на пост президента чистосердечно, однако, не раскаиваясь, признавался — и кому?! — американскому послу, в том, что пытался не просто оказывать давление, но и коррумпировать главу независимого органа судебной власти. Еще есть у кого-то вопросы, почему Мариан Лупу не может, не имеет права быть главой государства?!
«Очнулся» и Филат. Он вдруг принялся на каждом углу заявлять, что ни он, ни его партия, а значит — и фракция в парламенте, не поддержат «безнравственную» идею изменения Конституции органическим законом. При этом Филат фактически не скрывает того, что его не устраивает не столько сама беззаконная идея подобных модификаций, сколько кандидатура Мариана Лупу, который может ими воспользоваться. Что-то подсказывает, что, будь на месте Лупу сам Филат, его бы не смущал творимый с Конституцией беспредел.
Сегодня, выступая не просто в роли поборника закона, но спасителя «нравственности» законодательства, Филат старается не вспоминать о том, что он не просто поддержал, но и принял деятельное участие в нелегитимной авантюре под названием «конституционный референдум», к счастью для страны, с треском проваленной альянсом. Подобная непоследовательность действующего премьер-министра не имеет разумных объяснений, однако прекрасно характеризует те чрезвычайно нечеткие, размытые законодательные и нравственные условия, в которых имеет несчастье пребывать сегодня Молдова и ее граждане.
Самое же смешное заключается в том, что, невзирая на позицию главы Конституционного суда и лидера крупнейшей партии АЕИ, и молдавский политический класс, и общество продолжают напряженно ожидать вердикта Конституционного суда. Так всегда бывает, когда не закон, а что-то другое, скажем, настроение, целесообразность, интересы — определяют действия власти. К тому же, все прекрасно отдают себе отчет в том, что Пулбере — не единственный судья КС, что Филат даже не член собственной фракции в парламенте, а у Плахотнюка, заинтересованного в избрании Лупу хоть правдой, хоть неправдой, «хоть тушкой, хоть чучелом», денег не просто много, а очень-очень много. И все еще может перевернуться, включая Филата в виртуальном политическом гробу.

Аморалка

Во всяком случае, прояснилось, теперь уже окончательно: Филат не хочет видеть Лупу президентом, чтобы не отдавать страну на разграбление Плахотнюку. Это он считает аморальным. Однако, и тут нельзя не согласиться с Лупу, он не считает ни аморальным, ни, в известном смысле, абсурдным, — занимать пост премьер-министра страны на основании того же самого соглашения о формировании АЕИ, по которому Лупу считается кандидатом в президенты. Филат много чего наговорил в многочисленных интервью о наметившейся кончине правящего альянса, политологи сломали языки, обсуждая варианты переформатирования коалиции, либо перспектив досрочных выборов.
Однако актуальные разглагольствования премьера об аморальности прихода к власти Мариана Лупу и стоящего за его длинной спиной «кукловода» уже имеют серьезную историю. На излете политического сезона общество с замиранием сердца ожидало радикального решения Филата относительно проблемы кукол и кукловодов в Республике Молдова. Чуть ли не публичного судебного процесса. Филат и интервью давал, и с гражданским обществом совет держал, и требовал отставок целого ряда контролируемых Плахотнюком чиновников высшего ранга, и грозил собственной отставкой. А воз и ныне там, пар вышел в свисток.
Коалиция, хоть и не бетон, но продолжает существовать, управлять страной, Плахотнюк по-прежнему вице-председатель парламента, то есть — один из лидеров государства, Лупу, хоть и с обвинением в «аморалке», занимает сразу два высших государственных поста, а сам Филат, опираясь на политическую поддержку Лупу и Плахотнюка, с примкнувшим Гимпу, продолжает осуществлять премьерские функции.
Очередная попытка Филата обнаружить себя «чуть-чуть беременным», оппозиционером во власти выглядит в глазах общества смешной и неубедительной. История с «рейдерством», кстати, не описанным в качестве преступления в действующем законодательстве, еще характернее эпопеи с «кукловодом». Реакция Филата на скандалы с отчуждением долей акций целого ряда крупных молдавских банков, вызвавших наконец-то открытое возмущение иностранных инвесторов, была, вроде как, молниеносной. Он назвал происходящее «преступлением», и пообещал наказать виновных. Он настолько явно имел в виду Плахотнюка, а представители контролируемых Плахотнюком партий — ДП и ЛП — настолько явно это подтверждали, «опуская» «терпил» и выгораживая рейдеров, что, казалось бы, и доказательств никаких не нужно: наказывай, как обещал!
Больше того, представители ЛДПМ потребовали созыва экстренной сессии парламента для рассмотрения проблемы рейдерских захватов, а ПКРМ — уже со своей стороны — оформила требование в виде необходимого по закону числа депутатских подписей. И что? Тот же самый лидер парламентской фракции ЛДПМ Валерий Стрелец, который только что рвал и метал, чуть ли в колокол не бил, внеурочно созывая депутатов на парламентское вече, тихонечко проголосовал против проведения чрезвычайного заседания законодательного органа по требованию коммунистов.
Как говорится, у меня есть мнение, но я с ним категорически не согласен. В итоге публичные слушанья по рейдерству выродились в закрытый, то есть — секретный разговор на парламентской комиссии, рейдерство было признано мошенничеством, а виновными назначены некие судьи и прокуроры, то есть сшибающие гроши пешки в сложной многоходовке, за которой стоят и на которой наживаются богатые кукловоды, а вернее — один богатый кукловод. Имя которого, разумеется, тайна великая есть. Решение Высшей судебной палаты о возврате долей акций в «Агроиндбанке» европейским инвесторам, как не исключают сегодня некоторые эксперты, могло быть инспирировано самим главным рейдером, чтобы не ссориться с западными партнерами. Мол, простите, ошибочка вышла. Да только Филат здесь не при чем. Инцидент исчерпан? Да. Никто не виноват? Снова да. Рейдерство процветает? Да! Коалиция контрабандистов и рейдеров в политическом обрамлении предателей и придурков продолжает управлять страной? Да! Да! Да!

За что боролись? На что напоролись?

В этом, собственно, и заключается главная проблема нынешних конфликтов внутри правящей коалиции: они лишь отчасти замешаны на личной неприязни к потерпевшему. Главный их мотив и главная цель — не политические, а вполне конкретные, финансовые дивиденды. Предыдущий конфликт между ЛДПМ и ДПМ с криминально-политическим душком был практически исчерпан после того, как на «Франзелуце» человека Плахотнюка заменил человек Филата. А вся околополитическая риторика, которая сопровождала рубку — для телезрителей, лохов, обывателей, избирателей. Для граждан Республики Молдова, то есть.
С моральной точки зрения, захват части акций в частном банке не выглядит ужаснее, чем приватизация — в собственных интересах — государственной собственности, включая подвал здания правительства. Вокруг этого и происходят конфликты в альянсе. И все в этой истории не всерьез, кроме денег. Филат не может по-настоящему, на уничтожение, ударить по Плахотнюку, поскольку сам такой же и тем же, что Плахотнюк, мотивирован. И Плахотнюк от Филата не может оставить мокрого места по той же вульгарной причине. Это — сообщающиеся сосуды, сиамские близнецы. Погибнет один, кончится и другой. Но и прекратить драться они не могут: как только один опустит кулаки и выйдет из бойцовской стойки, тут же останется с голым задом, ну или, как минимум, без очевидных перспектив стать значительно богаче, пользуясь служебным положением. Единство в борьбе не таких уж и противоположностей.
Хотя периодически кто-то из них заигрывается, и тогда случаются абсурдные казусы. Так, Филат ни с того, ни с сего заявил, что узнал о скандальном случае с то ли ливийским, то ли армянским самолетом из прессы, и за все должен держать ответ министр-демократ Валерий Лазэр. Однако, боеприпасы, улетевшие в неведомую даль на загадочном Ил-76, были проданы в соответствии с постановлением правительства, под которым стоит подпись самого Филата. Обидный прокол.
Именно поэтому мы наблюдаем странные ситуации, когда констатация смерти АЕИ одним из его фигурантов, продлевает этой коалиции жизнь. И Филат, вслед за партнерами по альянсу, дает команду своей фракции в муниципальном совете бойкотировать заседания КМС с явной целью спровоцировать досрочные парламентские выборы. Да сам факт существования АЕИ, а в нем — Филата — разве не о том же повествует?

Как бы — все

Закончим тем же, с чего начали: единственной гарантией сохранения Молдовы как государства на сегодняшний день является конфликт внутри АЕИ. Понятно, что об устойчивом развитии в данном случае говорить совершенно бессмысленно, но и на том спасибо. По крайней мере, так говорят сегодня многие молдаване: «Главное, чтобы хуже не было». А это уже — от полной безысходности.
Однако ясно, что эта абсурдная ситуация не может продолжаться бесконечно, несмотря на уникальную способность наших граждан адаптироваться к любым, даже самым антисанитарным, политическим условиям. Конфликт, принявший характер вялотекущей шизофрении, не ведущий к кризису, и значит — радикальным изменениям, обновлению, исчерпаем. И что тогда? Хана Молдове? Хана в любом случае, если эта власть — рвущая друг друга, либо — напротив — консолидированная, не уйдет. Совсем. Вся. В небытие, либо в глухую оппозицию. Ибо все, что она породила, — разруха и тлен, ибо все, что от нее останется, — пожелтевшие скандальные заметки в желтых изданиях.