Лариса Михеева 16.09.2011

Село-призрак

Отпечаток трагедии прошлогоднего наводнения еще долго не стереть с лица Котул Морий

Покосившиеся дома, заросшие бурьяном, некогда ухоженные подворья, безлюдные улицы. И это щемящее чувство безнадеги. Повсюду. Котул Морий, спустя больше года после страшного наводнения, превратилось в село-призрак. Здесь не осталось практически ни одного дома, пригодного для жилья, разрушена социальная инфраструктура. А люди остались. Не покинули свое разрушенное хозяйство и не хотят переезжать в построенные для них Филатом новые дома. Наперекор судьбе, в страхе за будущее. «Мы есть, и нас нет», — говорят они о себе. Вопрос «чем выживаете?», черт его дери, застревает костью в горле.

«Затопленная» жизнь

Для припрутских сел Хынчештского района — Обилень, Котул Морий и Немцень — сезонные паводки дело привычное. В прошлые годы угроза наводнений из-за разлива реки Прут строго держалась под контролем, проводился тщательный мониторинг с учетом объема сбрасываемой воды на водохранилище Костешть-Стынка. Но не в этот раз. Уровень воды в названном водохранилище прогнозируется, что называется, до миллиметра. Но правительство, в лице премьера Филата, проигнорировало допустимую норму сброса и приняло роковое впоследствии решение. Метеоусловия в прошлом году, утверждают специалисты, были не настолько неблагоприятными, чтобы нельзя было справиться со стихией. Последствия стали самыми разрушительными за всю историю наводнений — двое человек погибли, пострадало свыше 85 населенных пунктов из 16 районов страны, 706 жилых домов было разрушено, без жилья остались 1 тысяча 293 семьи, десятки тысяч гектаров пахотной земли пришли в негодность, материальный ущерб превысил миллиард леев.
Но при этом никто из ответственных лиц не наказан, не заведены уголовные дела, более того, следственные органы заявили об отсутствии необходимости провести расследование причин трагедии. Даже факт гибели во время наводнения двух человек для правительства АЕИ не является основанием. И уж тем более нет дела до того, каково это жить после «смерти».      
…Не доезжая до села, понимаешь, что отпечаток трагедии прошлогоднего наводнения еще долго не стереть с лица Котул Морий. Тогда это село полностью ушло под воду.  Мрачная картина — тысячи гектаров плодородной земли пустуют, до сих пор остаются заиленными, ведь вода не сходила здесь вплоть до нынешней весны. Это значит, что обрабатывать их нельзя и местные жители уже второй год подряд останутся без урожая. «Для многих из нас земля — единственный источник доходов», — говорят, чуть не плачут, селяне. — Нам обещали компенсации за погубленный урожай прошлого года. Теперь сказали, «не ждите», «денег нет!».

   Котул Морий превратилось в село-призрак. Здесь не осталось практически ни одного дома пригодного для жилья.
 

Людей на улицах мало. Оно и не удивительно, в нескольких километрах отсюда для пострадавших полностью достроен новый поселок с тем же названием Котул Морий, о чем гордо заявил на днях Филат. Значит, переехали, как говорится, всем миром. Глядя на перекошенные дома, понимаешь: выбора не было, куда деваться. Только так кажется на первый взгляд. В новые дома на отшибе переселились лишь несколько десятков семей из четырех пострадавших сел. Покинуть Котул Морий-2 — как теперь именуют разрушенное село — отказалось большинство. Почему? И если село продолжает жить, отчего такая неестественная тишина? Ко мне подходит женщина, спрашивает, откуда я, и тихо, почти шепотом: «Плохо нам, совсем плохо». Ну, как же так, развожу руками, ведь дома построили, материальную помощь оказали. Самое время новоселье устраивать. «О чем вы говорите?! Какое новоселье?! — подхватывает наш разговор, проходивший мимо, один из местных жителей. — Кругом коррупция, сват, кум. Новое жилье в первую очередь распределили между родственниками примара села, других чиновников из примэрии. Материальную помощь распределяли тоже между своими, простым жителям — остатки».
Тишину нарушает стук молотка. Неужто дома для пострадавших восстанавливаются? На центральной улице полным ходом идет стройка, пожалуй, единственная, на все село. Бывший примар Котул Морий Михай Мырзенко ремонтирует свой магазин, который менее всего пострадал от наводнения. Да, да тот самый, который он кинулся спасать первым делом, не предупредив местных жителей о надвигающейся воде. Дорогостоящих материалов не жалко — были бы деньги. Похоже, с деньгами у местных чиновников все в порядке. Чего не скажешь о самих жителях. 
— Оставаться в полуразрушенных домах опасно. Почему не переезжаете в новые? — настаиваю на своем.
— Так ведь там надо ремонт делать, а денег нет. И потом, там нет куска земли, всего пара соток около дома. К тому же земля там плохая, ничего не родит. Как жить? Вы мне скажите? — испытующе глядя на меня, спросил дядя Георгий.

   Дядя Георгий показывает самый низкий уровень воды — более метра. В некоторых местах —  до двух с половиной метров. Погиб весь домашний скот.

Он в этом селе родился, вырос. Все его предки из Котул Морий. Всю жизнь вместе с женой Марией проработал на земле. А на минимальную пенсию от государства так и не заработал. «Не заслужил», — пытается шутить он. Его дом так же, как и многие в селе,  пострадал от наводнения. Но при этом хозяева, несмотря на свалившуюся на них беду, растянутую в бесконечность, не утратили присущего для этих мест радушия.
Жена Георгия Мария показывает дом, вернее то, что от него осталось. В одной маленькой комнатушке супруги живут, другие совсем отсырели. Кухня и прилегающая к ней веранда полностью разрушены, из-под завалов виднеется небольшая печурка. На электрической старенькой плите не готовят, экономят на электричестве. Топят дровами, вернее обломками от забора, испорченной мебели. Говорят, на уголь денег нет, как переживут зиму — не знают. «До наводнения у нас было крепкое хозяйство — корова, гуси, утки, — вздыхает Георгий. — Все погибло. Корову не смогли спасти». Теперь все хозяйство из десятка кур, и те голодные. На корм средств тоже нет. Откуда им взяться, если для местных жителей найти работу практически нереально. Каждый второй — безработный. Потому и остались в Котул Морий при своих огородах. С них и кормятся. Ведь ничего другого у них не осталось.

«Имейте совесть!»

Новострой от правительства пострадавшие затопленных сел ждали больше года. В общей сложности было запланировано построить порядка 706 домов, большая часть из которых пришлась для жителей Котул Морий и Обилень — более 560. Сроки по сдаче нового жилья отодвигались десяток раз. И вот на прошлой неделе было заявлено, что строительство последних шести домов в новом Котул Морий наконец-то завершено. Еще чиновники из Министерства регионального развития и строительства подтвердили, что дело за малым — отделочные работы руками самих новоселов. На эти цели, дескать, всем были выделены отделочные материалы.
Новый населенный пункт разделен на несколько улиц. К нему ведет дорога, как здесь её называют, «белый вариант», просто засыпанная щебенкой. Социальная инфраструктура, несмотря на обещания Филата, отсутствует, если не считать один продуктовый магазин. Выручка за день — два покупателя и две буханки хлеба. Все. Из объектов соцназначения больше ничего нет — ни детского сада, ни школы. Завидев прессу, люди общаются с опаской, боятся. Говорят, Филат приезжает и ругает их за критику в сторону правительства. А как же молчать, если на камеру власти говорят одно, а на деле выходит совсем другое. Вот и в последний вояж премьера сюда не обошлось без перепалки. После длинного перечня несбывшихся обещаний властей местные жители потребовали от Филата обещанные компенсации за утерянный прошлым летом урожай. Ведь обещал же. Однако на этот раз всем стало ясно, что никаких денег ждать не приходится. «Имейте совесть, — кричал Филат. — Вам дома построили, а вы еще чего-то требуете, просите! Нет денег!».

   Несмотря на тяжелые условия быта, жители Котул Морий не покидают родное село.

По словам Филата, было затоплено 10 тысяч гектаров сельскохозяйственных земель, а возмещение убытков потребует выплаты пострадавшим большого количества финансовых средств, которых в госбюджете нет. И снова пообещал: «Мы придем к вам с субвенциями!». Только его уже никто не слышал. 
Жители Котул Морий жалуются, что дома, в которых можно жить по-человечески, построены только в Немцень. Всего здесь было возведено 115 домов, 81 из которых спонсировались и строились за счет австрийского благотворительного фонда «Конкордия». Спасибо австрийцам. Эти дома кардинально отличаются от всех тех, что построило правительство Филата в Котул Морий и Обилень. Не зря же премьер на телевизионные камеры помпезно открыл стройку века именно в Немцень, демонстрируя качество проведенных работ.  «Отлично» — снято, все свободны.

На птичьих правах

Похоже, что у новоселов из Котул Морий и Обилень впереди и другие проблемы. Уже юридического порядка. Хоть их и называют собственниками нового жилья, по факту они таковыми не являются. По своей доверчивости некоторым из них сегодня не до разбирательств. Предпочитают жить в домах, как говорится, пока дают. А все дело в том, что документация, подтверждающая право собственности для этих жителей, попросту отсутствует. На днях Счетной палатой был представлен весьма любопытный отчет, из которого следует, что с землей под строительство домов для пострадавших была провернута серьезная афера. Примар села Котул Морий, затопленного во время наводнения в 2010 году, тот самый Мырзенко, о котором мы уже упоминали, купил себе землю, на которой планировалось возвести дома для пострадавших. И вот теперь, год спустя, он отказывается продавать землю по предлагаемой государством цене.
Как установила Счетная палата, Михай Мырзенко приобрел 8 гектаров земли в Котул Морий в период наводнения за 50 тысяч леев, а сейчас продает один гектар по цене около 70 тысяч леев. В результате этой ситуации, потерявшие собственность местные жители не могут оформить свое законное право на построенное для них жилье. 

   Котул Морий превратилось в село-призрак. Здесь не осталось практически ни одного дома пригодного для жилья.

Покупку примар, исполнявший тогда свои обязанности, совершил 27 декабря 2010 года, зафиксировав в документах, что на землях нет каких-либо строений, хотя там уже возводились дома для пострадавших.
Тот же Мырзенко был уличен местными жителями Котул Морий в несправедливом распределении нового жилья, которое он отдавал направо и налево многочисленным родственникам. Нередко некоторые из них вообще не имеют отношения к затопленным селам. Тем не менее они получили от чиновника самые просторные дома — по три-четыре комнаты в каждом. Разбирательство по факту коррупции завершилось, так и не начавшись.  
Без платы по долгам
Скорее всего, жителям Котул Морий еще долго придется расхлебывать результаты оказанной помощи от властей. До сих пор правительство демонстрирует полнейшую некомпетентность как в расходовании средств на строительство, так и по оплате миллионных задолженностей перед компаниями-застройщиками. Хозяйствующие субъекты, участвующие в строительстве домов для пострадавших от прошлогодних наводнений в Котул Морий, Обилень и Немцень, на днях обвинили центральную власть в нежелании соблюдать договоренности.
Так, по словам председателя Федерации патронатов строителей, дорожников и производителей стройматериалов Condrumat Павла Каба, в настоящее время правительство задолжало хозяйствующим субъектам, вовлеченным в строительные работы в Хынчештском районе, 24 миллиона леев, из которых 10 миллионов поставщикам стройматериалов. «Хозяйствующих субъектов атакуют рабочие, и рабочие атакуют нас справедливо — у нас сложились задолженности по зарплате», — заявил Каба, пояснив, что долги сложились за «дополнительные работы — как по дорогам, так и по жилым домам и проектированию». Как решить эти проблемы, в правительстве не знают, вернее, только обещают.

Хватит с вас клозета

Так-то оно так, соглашаются новоселы, дома построили, только жить в них нельзя. Самые большие долгожители, как здесь говорят, те, что переселились около трех месяцев назад. Более сотни домов, отстроенных в Котул Морий,  только ожидают распределения между нуждающимися. Отсутствие дорожной инфраструктуры — еще полбеды. Некоторые дома спустя месяц после сдачи в эксплуатацию уже дали трещины, так как возводились наспех, без соблюдения технологий. Коммунальная система попросту отсутствует. Газа и водопровода нет. Нет, конечно, в доме предусмотрен туалет и душевая комната, и с экранов телевизоров они даже неплохо выглядят. Только пользоваться ими, пардон, нельзя. Жители недоумевают: строители даже не вывели трубы канализационной системы наружу. Те, кто взялся за строительство канализации собственными силами, по нескольку дней вынуждены рыть под фундаментом дома в поисках отводной трубы. И смех и грех — вперемежку. «Мы беремся за эти работы сами, своими силами проводим канализацию», — говорит Светлана. У нее двое малышей, поэтому они с мужем спешат до наступления холодов создать нормальные условия для проживания. Уже вырыли резервуар для искусственной скважины, рассчитанной на четыре тонны воды. Светлана говорит, что этого хватит на зиму, а дальше видно будет. По средним подсчетам, один движок для такой системы обойдется минимум в 7-10 тысяч леев. У этой семьи есть накопления за счет того, что оба супруга имеют работу. Но таких хозяев здесь меньшинство. Приходится довольствоваться одним удобством на заднем дворе — подобием клозета, построенного властями за счет бюджета, каждый из которых обошелся в две тысячи леев. У местных жителей нет слов для возмущения — лучше бы выделили эти средства новоселам, чтобы хотя бы частично покрыть строительство канализации внутри домов. 

   Теперь, говорит Луминица, придётся начинать новую жизнь с чистого листа.

Если проехать по всему поселку, то видно, как люди стаскивают на свои дворы кто что может — старые двери, заборы, ящики из-под овощей, разный металлолом. Из этой рухляди делают пристройки, нехитрые сарайчики для птицы. Кстати, домашняя птица тоже роскошь — если и имеется, то в ограниченном количестве. Кормить нечем. 
Светлана показывает на соседей — молодая семья, двое детей. Ничего не могут делать в хозяйстве, оба остались без работы. Чем кормятся, страшно подумать. Тем не менее здесь люди, объединенные одной бедой, разделены сегодня по принципу — «каждый за себя». Есть работа — есть хлеб. Нет работы — выкручивайся как знаешь. Котул Морий, как кривое зеркало всей либерально-демократической Молдовы. 
Луминица, еще одна жительница новостроя, не сдерживает слез. Она переехала сюда из Сэрэтень. В результате наводнения потеряла все — дом полностью разрушен, хозяйство погибло. Обрабатывать землю не может — заиленная. А здесь на клочке двух соток пытается вырастить репчатый лук. Не получается. Говорит, земля совсем не та. Основной доход семьи составляли средства, вырученные за выращивание кукурузы. Теперь одна надежда — устроиться на работу. Но таких желающих здесь все село, а новых рабочих мест для пострадавших от наводнения сел нет.
С водой совсем напряженка. Рано утром приезжает грузовик с цистерной. Надо успеть наполнить несколько бочек, потом не пропустить автобус, чтобы отвезти детей в детский сад. Как правило, детей в основном распределили в детские учреждения в Леушень. Привезти ребенка обратно в новый поселок —  уже твоя забота. Передвигаются местные, как придется: кто на подводах, а кто и пешком. Говорят, большие расстояния ерунда по сравнению с пережитым горем. Главное — живы остались, остальное приложится.

Комментировать

Оцените материал: