Александр Бойко 17.07.2009

Кто у правых всех милее?

Лупу и Филат превращают политику в конкурс красоты

После того, как тандем Дьякова — Лупу объявил об уходе в лагерь ультраправой оппозиции, из этого лагеря не донеслось радостных приветственных криков. Глава Либерально-демократической партии Влад Филат высказался в том смысле, что, дескать, пусть они, эти Дьяков и Лупу, сначала пройдут в парламент, а потом, может, и поговорим. Характерно, что именно Влад Филат делает всё, чтобы Демпартия и её «новая команда» не преодолела избирательный порог. И он сам, и его однопартийцы, и особенно контролируемая Филатом пресса, которой ни закон, ни этические нормы не писаны, «мочат» Лупу с таким остервенением, что понятно: политика здесь ни при чем — это нечто глубоко личное.  

Кто видел, как прихорашивается Филат перед выходом к журналистам, кто обращает внимание, что он на своих пресс-конференциях практически всегда припудрен, тот поймёт, о чём идёт речь.

 

У-у, я самый лучший и, видимо, самый красивый
 

Сегодня, как убеждён Филат, среди либералов ему нет равных по красоте. Гимпу выглядит как обычный житель села Колоница, который где-то — на заработках — скопил на «Мерседес», надел галстук не в тон рубашке и поехал в город поглазеть на столичных жителей. Киртоакэ — худосочный и никак не может избавиться от подростковых прыщей. Урекян, хоть и напомаживает прическу до утраты мужского облика, явно не соперник.

Сегодня Филат убеждён, что среди либералов ему нет равных по красоте. И тут напасть: на арену вышел Лупу

В этой компании Филат казался себе очень красивым. И тут напасть: на арену вышел Лупу.
Если бы это сделал один Дьяков, Филат принял бы его в ряды радикалов с распростёртыми объятиями: постарев, тот сильно приблизился к образу бывшего представителя партхозактива с намёком на бурную молодость в комсомольских банях и экс-депутатство. Но Лупу — это для Филата уже слишком. Это практически вызов.

 

А ничего, гламурненько
 

Они — эти двое — уже давно пытаются превратить молдавскую политику в конкурс красоты. Есть ещё один персонаж — Думитру Брагиш, без которого не обходится ни одно «светское» мероприятие в Кишинёве. А его фотографии на страницах глянцевого издания, где он то на фоне камина с сигарой, то в обнимку с аристократическим догами, могли бы шокировать тот небольшой процент избирателей, которые за Брагиша голосуют, когда бы эти избиратели читали подобного рода журналы. Но Брагиш сошёл, не потянул на бомонд: по ходу мероприятия у него слишком часто съезжал на бок галстук, в манерах появлялась чичиковская развязность, а сам он вдруг иногда стал исполнять нестильные комсомольские песни.
Короче, как в фильме «Горец», в конце остались только двое. И это смертельная схватка. Филат — на обложке одного гламурного журнала, Лупу пробирается на обложку другого. Филат подставляется под камеры на светской вечеринке, Лупу не отстаёт и мчится на другую. Лупу завесил всю страну своей подкорректированной физиономией на билбордах — через день Кишинёв запестрел зеленью Филата.
Кажется, никого сильно не удивило, что свою сольную политическую карьеру Лупу начал на показе модной одежды в клубе «Фламинго», принадлежащем некоему Габриелю Стати, у которого очки «Ферре» и «Роллс-ройс Фантом». Видимо, там, среди талантливо раздетых девиц и нервно шмыгающих носом парней в разодранных лично господами Дольче и Габана джинсах, Лупу пытался обнаружить свой электорат. Да ещё и шутил потом: пришёл туда, дескать, показать, что одеваюсь от «Ионела». Бедняга, он был обречен на непонимание.
Так или иначе, но удар страшной силы он своему противнику нанёс. И пока Филат лихорадочно искал какой-нибудь подходящий фэшн-уик — не в Милане, не в Париже, а где-то на территории между Бубуечами и Дурлештами, Лупу в своём «Ионеле», презрев его «Бриони», объявил, что становится либералом, оппозиционером, радикалом. А это значит, что заклятый противник оказывается совсем близко.

 

Носами будем мериться?
 

Так, возраст — почти одинаковый, но Лупу старше, уже хорошо. У Лупу — рост, у Филата — нос, греческий. Или римский? У Филата — профиль благороднее: у Лупу стал появляться второй подбородок. Глаза: тот в очках, этот без. Тот в очках кажется умнее, но без очков всё равно красивее. У Филата веки слегка опущенные, как у Сильвестра Сталонне, а у Лупу под глазами тёмные круги. Голос: у Лупу громкий, вон как на коммунистическом слёте звал голосовать за ПКРМ, а у Филата — тихий, но можно назвать проникновенным. И т. д., и т. п.
Но у Филата есть ахиллесова пята — это редеющие волосы. Можно только попытаться представить, сколько психологического дискомфорта и неуверенности в своей эстетической победе доставляет Филату этот убийственный факт.
Если кому-то кажется, что такого рода конкуренция в политике невозможна, обратите внимание на огромные рекламные панно ДПМ и ЛДПМ, которыми увешана вся страна. Они продают избирателю не партии, не идеи, не программы, а собственные образы, самоутверждаясь и продолжая вести друг с другом заочный спор: кто же из них всё-таки красивее. 

Комментировать

Оцените материал: