Юрий Дзятковский 04.02.2011

Евроинтеграционный «планодром»

В плане планификации планов запланировано их планомерное планирование

Наше время — время проектов и планов, непрерывного планирования и проектирования. Без, однако, непременного достижения соответствующе формулируемых задач. Как говорится, важен сам процесс. Евроинтеграционное поле в этом смысле даёт молдавским властям широчайшие возможности.

На днях главный дипломат страны Юрий Лянкэ оповестил своих коллег по кабмину о переносе представления правительству проекта национального плана действий по либерализации визового режима с Евросоюзом. О переносе на не вполне чётко определённое время — он сказал, дней на десять, максимум — две недели. Между тем, как ранее планировалось, упомянутый документ должен был быть завершён к концу января (срок не менее размытый, но не февраль всё же). С учётом заявленных до этого тем же Лянкэ конкретных 18 месяцах на внедрение данного плана, плюс/минус один месяц — разница существенная.
В этой же связи вспоминаются и другие всплывавшие даты. К примеру, в июне прошлого года, едва начался официальный диалог с ЕС по либерализации визового режима, власти уверяли нас, что сия либерализация уже у нас чуть ли не в кармане; в сентябре нас обнадёжили, что, дескать, соответствующую «дорожную карту» Молдове вручат не позднее октября; «вот-вот произойдёт» — звучало в канун ноябрьских выборов; в первых числах января провластные СМИ цитировали лично Филата: «14 января мы получим план действий». Получили 24 января. По-видимому, отсюда Лянкэ и заимствовал те самые 10 дней разницы.

   Как обещал Филат в прошлогоднем октябре, в деле устранения визовых преград для наших граждан к следующему году он будет «действовать твёрдо и быстро». А степень твёрдости и быстроты определять будут личные, субъективные ощущения Филата.

Там — 10, здесь — «максимум две недели», на каждом этапе по стольку же… Но молдавских руководителей распирает от оптимизма: в 2012 году режим либерализируется, говорят, и граждане Молдовы будут в Евросоюз ездить свободно.
Известно, что до этого следует выполнить ряд условий, свойственных взаимоотношениям ЕС с «братьями меньшими». Но наши руководители в данном случае преисполнены решимости: как обещал Филат в прошлогоднем октябре, в деле устранения визовых преград для наших граждан к следующему году он будет «действовать твёрдо и быстро», и этот его план, как и следовало ожидать, не остался незамеченным определённой категорией избирателей.
Итак, что молдавскому премьеру и возглавляемому им правительству «твёрдо и быстро» предстоит осуществить за обозначенные 18 месяцев?
10-страничный план действий по либерализации визового режима с ЕС, привезённый в Кишинев еврокомиссаром по внутренним делам Сесилией Мальмстрём, включает в себя ряд немногих по численности, но довольно фундаментальных элементов. В частности, это: полная биометрическая паспортизация молдавских граждан; искоренение незаконной миграции и обеспечение реадмиссии; укрепление законодательной базы в области политики по предоставлению убежища путём принятия законов об интеграции беженцев или лиц, нуждающихся в иных формах защиты; предупреждение и борьба с организованной преступностью, терроризмом, коррупцией, контрабандой, отмыванием денег и т. д., и т. п.
Первое, что напрашивается на ум в данной связи, — Европу-то понять можно, невооружённым глазом видно, что, в основном, сформулированные требования призваны обезопасить страны ЕС от неумеренной миграционной активности молдавских граждан. Заодно европейцы — хорошо зная, что межнацио-нальную толерантность удобнее и спокойнее проявлять издали — вполне определённо навязывают нам бесчисленных стремящихся в их Европу неевропейских «беженцев или лиц, нуждающихся в иных формах защиты». Настолько ли очевидна в таком случае выгода для нас?
Да, возможно, молдавское гастарбайтарство сохранится — в окультуренном, упорядоченном виде, однако ясно, что большинству работающих на Западе наших соотечественников придётся принудительно подвергнуться реадмиссии в пока ещё неблагоденствующую Молдову. Возможно, наши веси и не захлестнут орды арабо-африкано-азиатских беженцев, однако и сейчас, пожалуй, мы не испытываем особого дефицита в постоянно проживающих на нашей земле иноплеменниках. Действительно ничего плохого, кроме хорошего, нет в искоренении уголовно преследуемых деяний, но уместно было бы напомнить, что борьба с ними должна вестись и без получения наставлений извне, тем более на вызывающих сомнения условиях.
И вот что примечательно ещё — притом что в составленном Еврокомиссией плане упомянутой либерализации не указан срок, когда должна состояться «счастливая развязка», к исполнению требований Молдова должна приступить уже сейчас (ну, то есть как только Лянкэ представит, наконец, соответствующий национальный план и, может, обозначит новые сроки).
К слову, есть заметная разница между понятием «либерализация» — облегчение своего рода — и безвизовым передвижением. Никто из европейцев нам чётко не сказал, насколько либерализируется для молдаван въезд в Евросоюз. Но это — так, к слову.
Ещё один момент: не секрет, что в ЕС есть страны, не торопящиеся принимать молдаван с совсем уж распростёртыми объятьями. Так, своего «особого мнения» на этот счёт не скрывает, в частности, Франция. Как заявил в интервью газете Adevărul директор румынского центра по внешней политике Кристиан Гиня, Франция воспротивилась принятию более «простого» документа по отмене виз для молдаван в Шенгенскую зону — «дорожной карты»,— и в результате пришлось принять нынешний компромиссный план действий. «Отличие от roadmap (дорожной карты — прим. авт.) заключается в том, что после выполнения условий плана действий Совет ЕС, сформированный из представителей 27 стран-членов, должен проголосовать по отмене виз, и, возможно, что одно из 27 государств не будет согласно», — заявил директор упомянутого румынского центра, добавив в связи с этим, что «в Брюсселе нет достаточной открытости — данный вопрос (о визах в Европу для граждан Молдовы — прим. авт.) не самый важный в их рабочей повестке». Еще, кстати, Гиня поведал Adevărul, что «французские дипломаты в неофициальных беседах в Брюсселе выразили недоумение поспешностью, с которой проходят переговоры по визам с Кишинёвом».
То есть если требовалось отрезвляющее заявление, то вот оно. В этом свете заверения в решении вопроса за 18 месяцев или даже в течение 2012 года выглядят особенно утончённо. Характерно, что Филата, что Лянкэ в особой наивности — в чём бы другом — до сих пор трудно было обвинить. Парадокс. Но тут — по-житейски: доживём — увидим…
Чего нам в конечном счёте ждать? Верный ответ на данный «вопрос вопросов» на самом деле простой, но есть и другие варианты. Каждый выберет по себе. И дело не в пессимизме/оптимизме, даже не в здравом смысле — в другом: а что дальше?
Ну, то есть, а дальше-то что, даже если нас Европа — с Францией включительно — будет встречать «хлеб-солью», а?

Комментировать

Оцените материал: