Серпом по… Лупу

Власть борется не с кризисом, а с фантомами

Содержание повестки дня весенней сессии новоиспечённого парламента ставит в тупик. В ней в качестве приоритетов не значится ни срочное принятие бюджета, ни оперативное реагирование на галопирующую инфляцию, ни даже выборы президента! Зато затесался
в неё, казалось бы, уже похороненный ещё в прошлом парламенте вопрос о запрете коммунистических символов.
 

Взять и запретить

Это скучная тема, лишённая какого бы то ни было исторического обоснования и политической перспективы. Ну, сколько можно? Всё давным-давно сказано. И о том, что серп и молот, миролюбивейший из символов по сей день, присутствует на гербах целого ряда государств, включая, к примеру, вполне либеральную Австрию.
Что за соответствующую резолюцию (соответствующую — громко сказано; вопрос в ней ставился в намного более мягкой форме) в Парламентской ассамблее Совета Европы (а именно на неё ссылаются авторы инициативы) проголосовало абсолютное меньшинство государств, среди которых не было ни одной страны так называемой «старой Европы», сплошь — изживающие исторические комплексы бывшие республики бывшего соцлагеря, и хорошо известно, что война с символикой в этих странах сопровождается оголтелой русофобией. Что коммунистические и левые партии, пользующиеся этими классическими символами, действуют в десятках стран мира, и во многих из них они представлены в органах власти на национальном и местном уровне. Что существует европейский левый интернационал, объединяющий коммунистические и рабочие партии, имеющий представительство и в ПАСЕ, и в Европарламенте. Что коммунистическая партия с соответствующей символикой есть даже в Соединённых Штатах Америки, изживших маккартизм. Что это — символы победы над фашизмом и любой, кто настаивает на их запрете, фактически ставит под сомнение значимость искоренения этого абсолютного зла в 1945 году. Что, наконец, осуждённые практически всеми компартиями мира, включая, разумеется, ПКРМ, преступления сталинизма по определению не могут являться поводом для репрессивных запретительных мер в отношении серпа, молота, пятиконечной звезды. Тех самых, что красуются на боевых наградах людей, одолевших фашизм. И которые «старая-новая» власть безуспешно попыталась подменить чёрными крестами.

Гимпу или Маркес?

Мировой «рынок» политических доктрин открыт и свободен, он не терпит никакого регуляторного, административного вмешательства. В Молдове, как известно, спрос на левую идею велик. До половины населения страны на протяжении многих лет голосует за ПКРМ, безошибочно обнаруживая в избирательных бюллетенях знакомый партийный символ. И вот именно в такой стране, где коммунистическая символика, равно как и её правообладатели, пользуется стабильной, не сходящей на нет популярностью, во второй раз за несколько месяцев ставится вопрос о запрете. Странный политический персонаж Михай Гимпу, который, вопреки элементарной логике, некоторое время назад вдруг оказался на самой вершине власти, одержим идеей «искоренения коммунизма» и в этом видит свою «историческую миссию». Ну, как шизофреник из известного рассказа Гаршина, который всё мировое зло видел в красных цветах, да так и помер, бедолага, выкорчевывая и топча их.
И про это тоже рассуждать долго довольно скучно. В конце концов, каждому решать, кто убедительнее — юрист-недоучка или нобелевские лауреаты Маркес, Сартр, Камю, бывшие коммунистами. Антикоммунист Михай Гимпу или неомарксист Иммануил Валлерстайн? Один говорит по-польски с заметным колоницким акцентом, другой — преподает в престижнейшем Йельском университете и является официально великим американским социологом и даже главой американской ассоциации социологии.
Скучно и даже как-то неудобно констатировать, что вот уже более ста лет в Европе быть интеллигентом, а значит, в широком смысле — гуманистом, и быть правым — комильфо. В конце концов, обсуждать этот круг идей можно лишь с равным собеседником. И случиться это может лишь тогда, когда Михай Гимпу напишет «Сто лет одиночества». Или изобретёт экзистенциализм. Или заложит основы мир-системного анализа. То есть никогда.

«Я не просил меня рожать»?

Однако на этот раз тему с запретом серпа и молота «перезапустил» вовсе не он. Мариан Лупу, ещё совсем недавно — нерядовой член Партии коммунистов, которому упомянутый символ не только не мешал, но, скорее, помогал совершать циничную политическую карьеру. Именно с подачи его однопартийца Александра Стояногло был дан ход этой старой инициативе либералов уже в новом парламенте. И, конечно, на поверхности лежит одна очевидная цель, которую преследует Лупу, — шантаж Партии коммунистов, без голосов которой он не сможет исполнить мечту, которой одержим не меньше, чем Гимпу — уничтожением коммунизма. А именно — стать президентом.
По всей видимости, надежды на спонсорские средства, которыми Лупу как приманкой планировал заманить в сети недостающие голоса, надежды совсем мало. А раз не срабатывает пряник, надо, по логике Лупу, применять кнут. Это очевидный мотив.

 

Но что-то подсказывает, что в своём неадекватном стремлении запретить символику ПКРМ нынешним лидером Демократической партии движет ещё и некая сложная форма психологической ущербности. Ну, примерно такая же, которая заставляет прыщавого подростка мечтать после очередной ссоры с родителями, с обязательными визгливыми криками: «Я не просил вас меня рожать!», физически их уничтожить. Случается такое у неуравновешенных человеческих существ в пубертатном возрасте. Судя по его сегодняшнему поведению, в политике из этого нестабильного переходного возраста Лупу не выйти уже никогда. Целая страна не может стать заложником гормональных процессов в одном, отдельно взятом политическом организме. И, судя по всему, к счастью для себя, не станет.

Наказание

Собственно, молдавское общество уже наказало Лупу. 15 мандатов при грандиозных финансовых вложениях Демпартии в избирательную кампанию — само по себе приговор. Вотум недоверия, не дающий Лупу морального права претендовать на президентский пост. Дальше — больше. Ещё свежи в памяти избирателей щедрый предвыборные посулы, а пресловутый, розданный в качестве предвыборной подачки рис уже съеден. Люди снова хотят есть. Желательно — качественные и калорийные продукты питания, а не унылую идеологическую жвачку в виде проекта о запрете коммунистической символики, которую им подсовывают. Молдавское общество оказалось на грани выживания после скачка цен и тарифов. Но вместо того, чтобы предпринимать энергичные действия по снижению социальных последствий этой напасти, власть предлагает наслаждаться зрелищем репрессий в отношении своих политических оппонентов. Вместо того, чтобы покончить с политическим кризисом, разрушающим гражданское единство в стране, избрав — вместе с оппозицией — авторитетного президента, власть продолжает самоуничижительно настаивать, что понятие «глава государства» и «Лупу» — суть одно и то же.
И долго так продолжаться, конечно же, не может. Для подавляющего большинства людей, среди которых есть даже убежденные антикоммунисты, становится понятным, что именно власть сегодня аккумулирует в Молдове все возможные виды кризисов — политический, экономический, социальный. Это  само по себе критическая масса. И она рано или поздно просто не может не рвануть. И вот тогда мало никому не покажется.