Бессарабская Бастилия

История тюремного замка

В царской России, как и во всей Европе того времени, существовала традиция постройки массивных, укреплённых пенитенциарных сооружений, которых в обиходе именовали просто — «тюремный замок». Был построен подобный замок и в Кишинёве. Однако, в отличие, скажем, от Рязани, Ставрополя, Тобольска, Кургана или Красноярска, кишинёвский замок полностью оправдывал своё название.

Средневековый замок в Кишинёве?

История кишинёвской тюрьмы тянется к 1834 году, когда был утверждён генеральный план застройки города-столицы присоединенных к России в 1812 году земель. Помимо известной нам всем прямолинейной планировки верхней части города (то, что сейчас принято называть «историческим центром»), проект предусматривал также постройку ряда важнейших городских учреждений, необходимость которых была вызвана постоянным и быстрым увеличением числа городских жителей. Рост населения неумолимо влечёт за собой и рост преступности, поэтому одним из спроектированных в 1834-м зданий являлась городская тюрьма — до того времени пенитенциарные учреждения Кишинева были представлены лишь отдельными небольшими гауптвахтами.
Проект был разработан известным итальянским архитектором

Тюремный замок и Сенная площадь в царское время.

Дж. Торичелли, известным по постройке ряда красивейших зданий в Одессе, а также великолепных готических церквей в Ялте, в с. Мошны и г. Городище (Украина), по заказу графа Воронцова. В 1833 году итальянец спроектировал также Лютеранскую кирху Кишинёва — уникальное здание в неоготическом стиле, которому удалось «пережить» и землетрясение 1940-го, и войну, но которое оказалось бессильно перед элементарной человеческой глупостью: на волне очередной антирелигиозной кампании его снесли в 1960-х...
Архитектурный проект тюремного замка Торичелли был весьма смел и амбициозен. Вопреки генеральному плану развития города, который предусматривал постройку зданий в стиле т. н. «Александровского», позднего классицизма (здания со строгими линиями, простыми и ясными силуэтами, лаконичной отделкой), кишинёвская тюрьма была спроектирована в виде средневекового замка, с массивными башнями в 20 метров высотой, толстыми стенами, тройными железными воротами и даже декоративными «бойницами». Организация внутреннего пространства тюремного замка также была продумана до мельчайших подробностей. Хозяйственные помещения, комнаты охраны и сами камеры заключённых располагались по периметру здания, будучи связаны системой лестничных переходов и коридоров. Сам тюремный комплекс делился как на мужскую и женскую половины, так и поэтажно, с различными функциями: в нижнем подвальном этаже находились хозяйственные службы, склады и камеры для особо опасных преступников; на втором этаже располагалась лечебница, а на третьем содержались малолетние арестанты. В северной башне была предусмотрена церковь. Всего тюрьма должна была вмещать около 700 заключённых, не считая надзирателей, медицинский и обслуживающий персонал.
Получив одобрение из Петербурга, городские власти приступили к строительству, которое было окончательно завершено к 1856 году.

На Сенной площади

Тюрьму решено было поместить на пустырь под названием «Сенная площадь» на тогдашней окраине города (современный периметр улиц Матеевича, Тигина и Когэлничану). Стены здания были ориентированы строго по сторонам света. Столь необычная конструкция привлекала внимание (о чём свидетельствуют многочисленные открытки).

Кишинёвская тюрьма была спроектирована в виде средневекового замка, с массивными башнями в 20 метров высотой, толстыми стенами, тройными железными воротами и даже декоративными «бойницами».

Большинство заключённых замка были обычными уголовниками, сидевшими за разбои, кражи, грабежи, но встречались и политические арестанты. В частности, в конце 19-го века здесь находился известный румынский публицист Константин Стере (с группой других молодых людей он был арестован за «нигилизм» и помещён в тюремный замок). Политические события 20-го века также отразились на контингенте тюрьмы: в разное время, со сменой режимов, там пребывали советские революционеры, эсеры, члены румынской Сигуранцы, религиозные сектанты, сионисты, а также различные журналисты и писатели, оказавшиеся неугодными той или иной власти. В 1925 году тюрьму посетил в качестве наблюдателя за процессом над участниками Татарбунарского восстания известный французский писатель и публицист Анри Барбюс.

Типовая карточка кишинёвского уголовника в начале 20-го века.

К сожалению, сохранилось мало описаний самой тюрьмы и её быта. Одно из них, итальянца Бертольди, посетившего замок в 1936 году, свидетельствует о том мрачном впечатлении, которое оставляло строение на обывателя. Например, так он описывает подвалы замка: «Стекающая со стен влажность словно подготавливает тебя к смерти, а слишком узкие и частые решетки, которые останавливают даже самый слабый солнечный луч, подчеркивают, насколько тяжёлым и тёмным является это сооружение, построенное некоей черной человеческой душей». Не менее красочны, но более детальны воспоминания Гилеля Бутмана, заключённого тюрьмы уже в послевоенное время: «Меня спускают в подземный этаж, — писал он. — Ведут по какому-то древнему подземному коридору. С левой стороны огромные деревянные двери, во всю ширину дверей — толстая металлическая скоба. Над скобой болтается огромный амбарный замок. Значит, стены здесь ещё толще. Всё старинно, массивно, диковинно. Впечатление, что это недавно раскопанные старинные конюшни или амбары. (...) Нас выводят на прогулку. Прогулочный дворик просторный, в форме утюга. Несколько таких утюгов своими усеченными сторонами сходятся к центру, к вышке, на которой дежурят два надзирателя. Во двориках — невероятный гвалт, шум, свист, крики. Перекрик идёт не только между смежными двориками. Из двориков переговариваются даже с корпусами. Из-за зарешеченных окон верхних этажей во весь голос, пытаясь перекричать конкурентов, советуют своим подельникам во двориках и других корпусах, что и как врать следователям. Вавилонское столпотворение языков. Гвалт каирского базара».
В 1960-х тюрьма стала «исполнительной», т. е. в ней стали приводить в исполнение расстрельные приговоры.

Кишинёвские Монте-Кристо

Как и любое подобное заведение с долгой историей, кишинёвская тюрьма примечательна также редкими, но смелыми побегами, вызывающими постоянно широкий резонанс в обществе. В частности, из замка в своё время бежала такая небезызвестная историческая личность, как революционер Григорий Котовский. На этом побеге стоит остановиться отдельно.

Согласно некоторым источникам, это был первый успешный побег за всю историю тюремного замка. Котовского арестовали в январе 1906 года и заключили в одну из считающихся неприступными башен. Срок грозил долгий, и с самого момента своего задержания предприимчивый арестант стал вынашивать планы скорейшего расставания с этим неуютным местом. Учитывая, что кишинёвская тюрьма имела славу одной из наиболее строго охраняемых на всем юге России, следовало выработать чёткую последовательность действий. Также было понятно, что совершить побег одному не удастся. Сговорившись с некоторыми из других заключённых, Котовский за несколько месяцев подготовил дерзкий план, который предполагал разоружение всей тюремной охраны, ложный вызов и арест прокурора, полицмейстера, жандармов, инсценировку отправки большого этапа из Кишинёва в Одессу, захват поезда и дальнейшее «растворение» заключенных в бескрайних южнороссийских степях. Удивительно, но столь авантюрный побег чуть не претворился в жизнь 4 мая 1906 года, когда арестантам под руководством Котовского удалось схватить и обезоружить нескольких надзирателей, отнять у привратника ключи от первых ворот и штурмом взять вторые ворота. Суматоха, поднявшаяся в тюрьме, а также недисциплинированные действия заключённых помешали осуществиться этому дерзкому побегу. Солдаты наружного караула оттеснили арестантов обратно во двор тюрьмы и заставили их сдать оружие. Самого Котовского ранили в руку штыком.
Следующую, удачную попытку побега Котовский предпринял спустя несколько месяцев, в конце лета того же 1906 года. На этот раз был составлен принципиально новый план и выбран другой способ. Одна из кишинёвских светских дам, питавшая нежные чувства к бравому налетчику (чья слава к тому времени разнеслась далеко за пределы бессарабской столицы), умудрилась передать ему на свидании несколько папирос, начиненных опием, дамский пистолет марки «Браунинг», пилку и крепкую веревку, запечённые в хлебе. Соблазнив надзирателя сигаретами, Котовский перепилил решетки и спустился во двор. Его исчезновение обнаружили лишь на рассвете.

Ворота тюрьмы в межвоенный период.

Интересно, что два года спустя, 31 июля 1908 года, заключённые тюремного замка попытались организовать ещё один побег, который отчасти напоминает первоначальный, неудавшийся замысел Котовского. На сей раз, как сообщала газета «Русское слово», в тюрьме разыгрались общие беспорядки, в которых приняли участие около 500 человек. Арестанты облили керосином и подожгли матрацы, выломали окна кирпичами. Целью бунта, очевидно, являлся массовый побег через выломанные окна, когда администрация будет отвлечена пожаром. Однако этот план не удался.
Ещё два побега из кишинёвской тюрьмы датируются современностью, а именно — периодом независимости Республики Молдова. В одном случае бежала целая группа заключённых, которые совершили подкоп ложками. Во втором — бежал пожизненно заключённый за убийство с отягчающими обстоятельствами Ион Скрипкарь, который проделал лаз в старой стене камеры, преодолел забор и скрылся. Правда, через год его обнаружили и вновь арестовали.

Землетрясение 1940-го

К сожалению, кишинёвский тюремный замок стал жертвой крупного землетрясения, произошедшего в ноябре 1940 года. От него остались остов центральной башни и винтовая лестница, скрытые за высокой стеной и другими постройками 1948 года, не имеющими ничего общего с первоначальным видом строения. Периодически в прессе и на форумах энтузиастов истории города промелькивают сообщения о неких больших подземных ходах, оставшихся от замка, которые часто открываются при различных строительных работах и заливаются бетоном обратно... Пишут даже об огромном ходе, который связывал тюрьму с железнодорожным вокзалом и по которому некогда этапировали осужденных. Сложно сказать, насколько это правда — ведь старые подземные коммуникации Кишинёва по-прежнему практически не изучены и продолжают пребывать в области городских легенд и преданий.
Как бы там ни было, первоначальный облик замка известен нам сегодня лишь по старым рисункам и фотографиям. Но его подземные ходы могут ещё представлять интерес как для исследователей, так и для рядовых кишинёвцев и гостей столицы.

Кишинёвская тюрьма сегодня

На сегодняшний день в кишинёвском пенитенциарном учреждении № 13 содержатся около 900 заключенных. Тюрьма по-прежнему живёт своей особой жизнью: через высокий забор перекрикиваются заключённые и их родственники, надзиратели периодически задерживают пакеты с запрещёнными предметами (чаще всего — мобильные телефоны и лёгкие наркотики), которые пытаются перекинуть через ограду сердобольные родные и друзья арестантов, в прошлом месяце у одного из заключённых обнаружили слиток золота весом в 50 граммов... По-прежнему не утихают дискуссии об улучшении быта «сидельцев», о несоответствии европейским стандартам, о переносе тюрьмы из центра города. Часто говорят о неких инвесторах, которые вроде бы согласны выкупить землю и строения бывшего тюремного замка, иногда даже пишут о его возможной музеификации. Как бы там ни было, это ещё один, хоть и весьма специфический, объект городского исторического и архитектурного наследия, чьё будущее, равно как и простая человеческая судьба содержащегося там контингента, остаётся туманной.