У страха фары велики

Примар Кишинёва уверен, что за ним следят. Это развеселило молодёжь, проводящую время в Интернете

На этой неделе примар Кишинёва рассказал душещипательную историю о слежке. Если коротко, примар рассказал о том, что его в течение часа по пути с работы домой преследовал некий «Мерседес» с бендерскими номерами, каковой Дорин Киртоакэ даже снял на мобильный телефон. Посетители сайта www.forum.md давно так не веселились. 

В  этом рассказе множество несуразностей. Начиная с того, что в городе Кишинёве нет двух точек, удалённых друг от друга на час автомобильного пути. То ли примар плохо знает вверенный ему город, то ли живет где-то под Унгенами.
Ещё более странным выглядит тот факт, что Дорин Киртоакэ сфотографировал преследовавшую его машину не со стороны капота, что было бы логично, а со стороны багажника и выхлопной трубы. Получается, что это не кто-то неизвестный преследовал Киртоакэ, а Киртоакэ преследовал его. Эту нелепую картину логично довершает следующий факт: примар рассказал о данном казусе перед телекамерами, но не написал заявление в полицию.

 

Посетители тех интернет-ресурсов, которые склонны доверять политикам типа Киртоакэ, в массе своей здорово посмеялись над этой странной историей, перед которой меркнет даже прошлогодняя тайна перемещений в пространстве новогодней елки. Приведём здесь некоторые наиболее забавные и характерные комментарии. Оговоримся сразу, что их язвительность сильно теряет в русском переводе.

 

«Не бойся, Дорин, купи ствол и запишись на карате».

«Ужас, что за законы в Молдове: не имеешь права ездить на машине по той же дороге и с той же скоростью, что и примар».

«Ох, представляю себе, какие слезоточивые репортажи появятся на PRO-TV. Советую нарисовать жертве-Киртоакэ синяк под глазом, чтобы он стал ещё более жалостливым и вызывал больше симпатий».

«Надоели жалобы Киртоакэ. Мне кажется, его только преследования и интересуют».

«Киртоакэ, будь осторожен. Смотри, как бы тебя не увезли в Приднестровье».

«Ещё одна важная деталь. Те из «Мерседеса» говорили по-русски и имели российское, белорусское и украинское гражданство. На руке носили командирские часы. На все вопросы отвечали: не знаю, мы не местные. Будь осторожен, Дорин, это плохие страны, береги себя».
«Примар прав. Меня вот тоже вчера в течение получаса преследовали два троллейбуса и четыре маршрутки. Если бы вы видели, как смотрели на меня эти из троллейбуса. Ясно, что следили. Впоследствии я обратил внимание, что на улице, по которой я ходил, находятся троллейбусные линии и трассы нескольких маршруток. Но это сделали коммунисты, чтобы следить за мной! Нужно перерезать эти троллейбусные линии и обратиться в примэрию, чтобы изменить трассы маршруток, а иначе я даже почесаться не могу, чтобы меня не увидел кто-нибудь».

«Как бы не украли Мишу Гимпу! Вот это будет глобальная интеллектуальная трагедия! Настоящая катастрофа!»

«Конечно же, его хотели украсть! А в «Мерседесе» сидели Воронин, Мушук и Анточел. Все в черных очках, чтобы мы не узнали их в лицо. А в багажнике — вице-комиссар Гуменица с жезлом: а вдруг примар нарушит правила дорожного движения, и — хоп, его тут же остановят и арестуют. Хорошо, что Дорин очень внимательно следит за дорожными знаками и не нарушает ПДД. Так он и спасся от плохих людей. Молодец».

«Приближается Рождество. И за Дорином следят, чтобы украсть у него ёлку. Мафия Воронина вновь хочет положить руку на ёлку. Но Дорин очень бдительный и возит ёлку в багажнике. Браво, Дорин, ты самый искусный политик. После дяди Миши. Долой «Термоком»!»

«Рекомендация тем, кто в следующий раз будет шпионить за нашим «национальным брендом». Когда вы будете преследовать примара, возьмите машину, привезённую из Эмиратов, с номерами Дубая, машина должна быть красного цвета, а на капоте чтобы был прикреплен флаг Приднестровской Молдавской Республики. В этом случае вас сложнее будет обнаружить. Ха-ха-ха, они держат нас за идиотов!»
«И всё-таки самая большая опасность в том, чтобы не был украден Гимпу… Михай трудится от зари до зари над доктринальными документами и философскими трудами о предателях. Мы должны беречь его как зеницу ока».

«Сижу и помираю со смеху. Его нельзя не преследовать: он столько делает в этом городе, что уже и коммунисты начинают его бояться. Столько грандиозный дел сделано до сих пор: День влюбленных, встреча с Санта-Клаусом, катание в автобусе. Очень мощный этот человек, потому его все и преследуют. Очень уж его боятся».

«Чрезмерный просмотр мультиков приводит к появлению различных фобий».

 «Надоел этот клоун уже! Киртоакэ, может, тебя инопланетяне преследовали? Может, они же перенесли ёлку? Может, это они создали аварию с твоим участием и прекратили подачу тепла в городе?».

«Ты слишком патетичный. Я полностью согласен, что твоё место — на улице Костюженской, а не в примэрии».

Это был глас народный на сайтах, где собираются молодые люди, склонные голосовать за таких политиков, как «жертва шпионажа».

Пока Киртоакэ вычисляет таинственных шпионов, из Либеральной партии, которую возглавляет дядя генерального примара столицы Михай Гимпу, уходят люди. Рейтинг либералов подтачивают другие либералы — АМН, НЛП, ЛДПМ, и Гимпу вынужден атаковать их. Либерал-демократов Тэнасе — Филата он обвиняет в алчности, меркантильности и перекупке членов ЛП, Серебряна — в том, что тот номенклатурщик, об остальных либералах он отзывается пренебрежительно, заявляя, что они вовсе не либералы никакие и что настоящий либерал он один такой.
И т. д. И т. п.
Междоусобная война изматывает. В ней неизбежны потери, тем более что соперники по правому фалангу политического фронта тоже не сидят сложа руки и наносят по Либеральной партии выверенные, точечные удары. В условиях обострения конкурентной борьбы между либералами ЛП Гимпу пытается предпринимать нестандартные предвыборные шаги. К огромному для них сожалению, молдавская политика такова, что любое свежее, на первый взгляд, решение оказывается на поверку уже неоднократно использованным, а значит, неоригинальным. Изображать из себя жертву в условиях предвыборной борьбы в Молдове — столь же обычное дело, как для любого человека есть, пить, спать. У нас уже были несостоявшиеся «узники совести» и счастливо вернувшиеся домой «жертвы киднеппинга». Люди к ним уже привыкли. И давно им не верят.