Андрей Нидялков 11.12.2009

Грехопадение «Барометра»

Рискованный подарок молдавских социологов не поспел к президентскому пиру Мариана Лупу.

Пир не состоялся. Дутый рейтинг единственного кандидата в президенты не пригодился. В первую очередь он не пригодился самим молдавским социологам.

Подруливает Вовочка к папочке, докладывает:
— Пап, а, наверное, скоро опять дождик будет!
— Почему?
— Да барометр упал.
— И сильно?
— Эх, пап, сильно! Вообще вдребезги!

Сбитый лётчик
 

В устойчивых политологических штампах последних лет, изобилующих разнообразными выражениями типа «хромой утки», «общипанного петуха», «влюбленного осла» и т. д. появился образ «сбитого лётчика». Если выражение «хромая утка» обозначает политика, которому более не суждено переизбраться, то «сбитым лётчиком» называют политического деятеля, который не только не сумел взять свою первую высоту, но уже не возьмёт её никогда. Никогда! И так обычно выходит, что все это вокруг понимают, чувствуют — от любимой секретарши до доверенных полит-технологов, от вчера ещё бодрых соратников до ревностно вцепившегося в баранку предвыборного «Мерседеса» личного водителя. И вот — бац! — и все как-то вдруг разом зазевали и загрустили. Политик всё ещё по инерции семенит ножками, помахивает кулачками, грезит реваншем и непривычно громким хохотом демонстрирует оптимизм, а околополитическая челядь чутким своим нутром уже всё просекла и нетерпеливо торопится домой. «Смотрите, какой у меня рейтинг! — с этим же не поспоришь!» — взывает кандидат в чемпионы к охладевшему вниманию приближенных олигархов. Но их уже не проймёшь, в эту корзину снаряд инвестиций уже никогда не опустится.

Мариан Лупу — сбитый лётчик. И все это уже понимают. Понимают, потому что знают, что у него был лишь единственный шанс стать президентом. И он этот шанс упустил.

Мариан Лупу — сбитый лётчик. И все это уже понимают. Понимают, потому что знают, что у него был лишь единственный шанс стать президентом. И он этот шанс упустил. Безвозвратно. Второй раз звезды уже так не сложатся. Ну так, чтобы в одной команде взлететь по карьерной лестнице и с положения никому не известного 
замминистра добраться до поста спикера парламента. Потом просиять в первых строках парламентских списков самой популярной партии. Затем, воспользовавшись раскрученным именем, сдать своих товарищей и переметнуться в команду противников. Затем поискать в кругу старых друзей заветного консенсуса по своей кандидатуре. И тут почти удалось. Старые друзья оценили его суровым взглядом и поставили условие: возвращайся, бери свою компанию с собой, во имя Родины и стабильности попробуем замириться.
Ах, счастье было так возможно! Но не хватило Мариану Лупу главного — умения принимать решения, умения вести за собой, умения быть собой. Ведомый перепутал себя с ведущим. Разница принципиальная. Ведущий — он ведь не заботится о сохранении лица, его волнует больше сохранение внутренней силы и совести, ну чтобы хватило на главную задачу хождения во власть — на прозаическую и ежедневную работу. Но это всё не про нашего героя. Мариан Лупу умеет воспроизводить под фонограмму чужие тексты про партнёрство и гражданскую консолидацию, про партийное строительство и идентичность, нейтралитет и многомерность безопасности. Умеет. Но беспокоится он по-настоящему лишь о сохранении лица, качестве политического грима и совсем не тужится о ясности сознания.
Мариан Лупу — ведомый. Но вести его за собой больше некому. Старых товарищей предал. Новых соратников не приобрёл. Есть новая гламурная тусовка, но она же вокруг будущего президента Лупу собиралась, а не вокруг лидера маленькой парламентской фракции. Вот это-то и понимают все вокруг. Да, Мариан Лупу — сбитый лётчик. С никому уже не нужным, опадающим, как парашютные стропы, рейтингом.

 

А ещё накануне…
 

Пока Мариан Ильич в предвкушении сытной и представительной инаугурации заучивал предвыборную речь, у него якобы рос рейтинг. Не мог не расти. Так считал Мариан Лупу. Ведь он пришёл остановить политическую войну. И на этом поприще добился немалого. Он в компании новых единомышленников по «Альянсу за евро», возможно, именно для этих благородных целей всеобщего примирения избрал спикером парламента симпатягу Михая Гимпу. Одного взгляда достаточно, чтобы понять — Гимпу в состоянии выступить лишь более-менее удачным миротворцем в конфликте двух неандертальцев, подравшихся из-за куска человеческого мяса. Но прозорливый Лупу, вероятно, не оставлял надежд развить в нём эти миротворческие качества с большей силой, добавить им, так сказать, европейской элегантности и лоска. И народ не мог не довериться ему в этих педагогических экспериментах и ответить ещё большим числом симпатий.
Кроме того, за Лупу числится и ряд других несомненных преимуществ, которые не могли не быть замеченными внимательным электоратом. Как то: Мариан продемонстрировал свою глубокую преданность евроинтеграционному дискурсу. Что это такое? Точно никто не знает. Возможно, речь идёт о том, что в ситуациях, когда бандиты после восьмилетней эмиграции радостно возвращаются в освобождённую от коммунистов Молдову, когда они врываются в дома и в сёла, настоящий политик вместо демонстрации негодования хранит многозначительное молчание. Возможно, речь идёт о ситуациях, когда политик хранит подобное молчание в обстановке репрессий против неугодных СМИ, взвинчивания цен, снижения стипендий, пенсий и зарплат, в обстановке открытой пропаганды ликвидации своей страны — Молдовы как независимого государства. Коммунисты кричат, возмущаются, а Лупу молчит, потому как знает — этого рейтинг требует, без этого ну никак он не вырастет. Такая вот технология.
Можно возмущаться абсурдности всего написанного выше. Мол, такого не бывает! Не бывает ни таких лидеров, ни такого народа, который одаривал бы симпатиями безвольных соучастников произвола и насилия. Но, если ваш здравый смысл отказывается верить в подобное, достаточно заглянуть в последние социологические исследования «Барометр общественного мнения», подготовленные Институтом публичных политик. Тактика многозначительного молчания вывела Мариана Лупу в политика номер один в Республике Молдова. Можно было бы конечно поумничать про всякого рода научные парадоксы, если не обратить внимание на то, что опрос презентован прям-прям к первой президентской трапезе Мариана Ильича. «Вот вам, господин президент, и самый высокий рейтинг, правьте, Ваше сиятельство, на славу нам».
Трудно себе представить, зачем Институт публичных политик решил окончательно поставить крест на своей и так уже порядком поистрепавшейся репутации. А это — крест! Слишком уж непростительно-глубокий, демонстративно-резиновый прогиб был произведён господами социологами по отношению к несостоявшемуся президенту Лупу.
Понятно, что проводить социологические опросы, опросы на выходе с избирательных участков в день выборов (эксит-поллы), квартальные исследования общественного мнения — это всегда вызывать бурю недовольства со стороны политиков. Действительно, удовлетворённых в подобных случаях бывает мало. И все норовят уличить учёных-социологов в недостоверности, в предвзятости, в ангажированности. И примеров негодований немало. Вот, в памятный день 29 июля обиженный Влад Филат заявил, что не верит в эксит-поллы. «Не доверяю. Я верю в результат, который нам предстоит достичь. Так же, как не доверял и опросам, которые были тенденциозными на всём протяжении кампании», — заявил Филат в сердцах в адрес Института публичных политик. И буквально недавно добавит: «Меня начинает уже раздражать это нашествие опросов, которые, не знаю почему, ничем не отличаются в своих подходах. В последнее время, следует констатировать, у нас возникла уже инфляция опросов, не соответствующих целому ряду проблем, которые очень важны и по сути выявляют тенденцию». Премьер-министр ни с того ни с сего — то ли от обиды, то ли от избытка знаний — даже заговорил языком доктора социологии: «Нам, вероятно, необходим уже и количественный и качественный опрос. Релевантный, который смог бы точно проявить ситуацию в Республике Молдова во всех аспектах». Во как!
Серафим Урекян дал более категоричную оценку Института публичных политик и его «Барометра общественного мнения»: «На протяжении лет этот «Барометр общественного мнения» наносит очевидный, постоянный и массированный ущерб именно политической партии Альянс «Наша Молдова», обескураживая электорат, прежде всего, в решающий момент избирательной кампании». А потом через некоторое время добавил, что, мол, все эти опросы оплачены коммунистами и «товарищем» (?) Соросом. Хотя последнее было сказано, кажется, о социологах вообще.
Господа социологи с иронией стряхивали эти навязчивые атаки. Но за последние годы они ни разу не признали одного действительного серьёзного и весьма удручающего факта. Все опросы Института публичных политик демонстративно деформированы в правую сторону. Многие годы реальные расхождения между опросами и эксит-поллами, с одной стороны, и результатами выборов, с другой, показывали: опросы недосчитывают коммунистам в среднем по 5%. Так было во время эксит-поллов на парламентских выборах 2005 года, так было 5 апреля, точно так же было и 29 июля. Прибавьте к рейтингу ПКРМ, предложенному Институтом публичных политик, 5% — и вы всегда получите итоговые данные Центральной избирательной комиссии.
Институт публичных политик знает за собой эту «уникальную» особенность. Знают эту особенность данного института и другие социологические службы. Попытки дать ясное научное объяснение этому факту не предпринимались. В первую очередь потому, что никакого научного объяснения тут быть не может. Щедрые коммунисты, всегда располагавшие рейтингом, сопоставимым с совокупным рейтингом всех своих оппонентов, никогда не уделяли этой особенности сколько-нибудь серьёзного значения. А зря! Ведь именно небольшая процентная разница иногда выводит людей на площади, приводит к революциям, обвинениям в фальсификации и т. д.
А ларчик просто открывается. Многие отмечают, что в данном случае срабатывают обычные политические симпатии авторов опроса. Ну не любят они коммунистов и отщипывают от столбика их популярности процентные куски, равные порой рейтингам целых политических партий. Всё как бы в пределах статистической погрешности — и концы, как говорится, в воду! И многие годы погрешность эта, эта уникальная математическая формула работает исключительно против ПКРМ, верно исполняя функцию доброго ангела правых политических формирований.
Буквально за несколько дней до торжественной презентации «Барометра общественного мнения» были опубликованы данные опроса другой службы CBS AXA. Социологический опрос этой компанией был проведён примерное в то же время, в которое своё исследование проводил Институт публичных политик. Данные CBS AXA показывают, что, если бы выборы прошли в ближайшее воскресенье, то ПКРМ получила бы 49 мандатов. В задачнике только один вопрос: на сколько мест (в данном случае процентов) меньше даёт Партии коммунистов Институт публичных политик? Верно, на 5%.
Дальше рассуждать неинтересно. Можно лишь добавить, что до сих пор среди руководителей этого Института, а именно — одним из директоров его программ числится кандидат в депутаты от Демократической партии Оазу Нантой, которому суждено вот-вот водрузиться в депутатское кресло. Чистота эксперимента, что называется, налицо! Так что не следует искать чудесное объяснение роста популярности Мариана Лупу и его партии. Чудес нет. Нет и никакой популярности. Есть просто обычная, земная любовь к нему со стороны нескольких человек, готовых принести ему на фарфоровом блюде столь решающие для его популярности дополнительные 5%. Ещё утром 7 декабря они были для него просто на вес золота.

 

Дурная примета
 

Понятно, что очень скоро вся эта путаница рейтингов вступит в фазу, которую обычно именуют войной опросов. Но за дымовой завесой этой виртуальной битвы будут происходить настоящие события, будут приниматься настоящие решения, будут появляться настоящие имена подлинных политиков, которые точно знают цену популярности и авторитета. Мы не знаем, кто это будет, мы не знаем ещё этих имен. Но точно мы знаем одно: фамилии Лупу не будет в этом списке, равно как и никто не пожелает подарков от Института публичных политик. Ни процента! Просто дурная примета. Кому охота быть сбитым лётчиком?

 

Вместо эпилога
 

«Барометр в земледельческом хозяйстве может быть с большой выгодою заменён усердною прислугою, страдающею нарочитыми ревматизмами». Козьма Прутков

 

Комментировать

Оцените материал: