Вече

Первый Общенациональный гражданский конгресс потребовал от власти самораспуститься

Общеизвестно стремление нынешней власти и принадлежащих ей СМИ преуменьшать масштаб акций протеста, проводимых ПКРМ. Скажем, Марши Победы, собиравшие под свои знамёна — два года подряд — и 30, 50 тысяч человек, в новостях провластных телеканалов представали в виде средненького «пикета с променадом», в котором участвовали, если верить чутким к тончайшим дуновениям из властных кабинетов журналистам, две, ну, от силы три тысячи человек. На этот раз даже самые незрячие и не дружащие с арифметикой средства массовой информации сообщили: «ПКРМ собрала на акции протеста десятки тысяч человек». Да и может ли быть иначе, когда колонна Социального марша даже на точке сбора — у Академии наук — доставала до железнодорожного вокзала, а после — на марше — растянулась на всю долину центрального кишинёвского проспекта? Проспекта Штефана чел Маре, под знамёнами которого и шли манифестанты. Это был, пожалуй, самый массовый протестный выход граждан за последние годы.

Гапоны

Были попытки сделать всё, чтобы сбить явку, протестный накал, посеявший в людях страх за собственную жизнь. Специально для этого были запущены в дело провокаторы. По той же старой технологии, уже обкатанной перед минувшими выборами, когда в обществе насаждались чудовищные слухи: мол, если коммунисты придут к власти, обязательно будет война. Сейчас попытались сделать примерно то же самое.
Виртуальные провокаторы буквально загадили социальные сети Интернета ужастиками о вероятных погромах, о силовом захвате правительства, который якобы планируют организаторы Гражданского конгресса, об осаде, блокаде здания, в котором расположен кабинет министров, рисовались футуристические сценарии немедленного и, кто бы сомневался, разумеется, чуть ли не кровопролитного свержения режима. И сценарии эти подразумевали будто бы готовящийся отпор со стороны правоохранительных структур, полицейских — откуда, собственно говоря, и предполагаемая, а скорее, даже желаемая кровь.
Характерно, что на Фэйсбуке, мощнейшем социальном интернет-ресурсе, информацию о готовящихся и якобы неизбежных провокациях с кровопролитием во время Социального марша и Гражданского конгресса распространяли в основном свежеиспеченные почитатели Додона. Они же, не дождавшись ни одной, даже самой завалящей травмы в рядах участников марша, принялись заполнять Интернет ни на чём ровным счётом не основанными заявлениями о провале Социального марша и Гражданского конгресса. Десятки тысяч человек, в одном строю, с едиными лозунгами — с чем не спорят даже самые завершенные либералы — это провал?!
 

Любой человек, находившийся даже не в колонне, а где-то рядом, любой, кто видел даже самые предвзятые репортажи на самых недружественных ПКРМ телеканалах, понимает, что определение «провал» в отношении субботней акции — не просто ложь, а чудовищная ложь. Определение «провал» для провокаторов — скорее, оговорка по Фрейду: их попытка сорвать манифестацию и правда провалилась.
Впрочем, «додонки», пугая людей кровопролитием в интересах Филата, прекрасно знали, куда бить. Эту власть, давно поправшую все моральные и юридические нормы, пересекшую все красные ограничительные линии, отделяющие демократический режим от диктаторского, правление от хунты, как-то легко и естественно представить себе развязывающей насилие против мирных манифестантов. Ровно с тою же демагогической, внешне — вполне респектабельной лёгкостью, с какой она развязала подлинный социальный геноцид против собственного народа.

Протест во имя созидания

Зря старались, проводя часто прямые параллели с погромами 7 апреля. Насилие, как правило, — следствие не только и не столько провокаций, сколько агрессивности, разрушительных лозунгов, настроенности именно на насилие. Так было 7 апреля, когда даже попытки власти не отвечать, уклониться от лобового столкновения, не провоцировать новый виток агрессии не помогли. И пусть это останется на совести тех, кто накрутил, вывел, а после бросил на произвол судьбы.
10 декабря у людей была совершенно иная мотивация и, следовательно, совершенно иной настрой. Социальный марш и увенчавший его Гражданский конгресс — безусловно, протестные мероприятия. Однако с совершенно иным, жизне-утверждающим, позитивным, созидательным пафосом. Ведь сегодня, по сути дела, требовать развала, разрушения альянса — это и обозначает выступать за восстановление, за строительство Молдавского государства. Два основных лозунга — «Долой альянс» и просто «Молдова» — логичным образом переплетены друг с другом. Какая власть не сгорит от стыда, услышав, что, требуя её отставки, люди в качестве протестного лозунга скандируют название собственной страны? Любая, кроме нашей.

Прямая демократия

Попытки представить Гражданский конгресс чисто партийным мероприятием ПКРМ, мягко говоря, не вполне корректны. Запуская в своё время «Молдавский проект», развивая его неотъемлемую составную часть — Социальный марш, логически венчая его Гражданским конгрессом, ПКРМ добивалась и добивается только одного — соучастия общества в правлении государства. А в сегодняшних абсурдных условиях, когда власть не просто не слышит общество, но от имени общества действует против него самого, против его коренных интересов, — и прямого общественного правления страной.
В тот день на площади Великого национального собрания были представители разных партий, беспартийные, люди всех специальностей, всех возрастов, всех национальностей. Абсолютно точный социальный срез молдавского общества. Фактически сама униженная сегодняшней властью Молдова через своих не столько даже политических, сколько общественных делегатов.
За 20-летнюю историю независимой Молдовы это второй, со времён Великого национального собрания, случай прямой народной демократии.
Разумеется, Гражданский конгресс никак не институционализирован. Это не общественная организация, не политическая партия, он не зарегистрирован в Министерстве юстиции. Решения Гражданского конгресса как будто могут быть проигнорированы властью. И уж точно — могут быть властью не исполнены. Но в таком случае сама власть фактически утратит легитимность. Она, эта власть, изначально не соответствовала волеизъявлению граждан, отражая её в кривом зеркале комнаты смеха, совмещённой с комнатой страха и камерой пыток. А сегодня, после того как общенациональный форум граждан Молдовы выразил ему вотум недоверия от имени всей страны, неисполнение воли общества фактически выводит действующую всё ещё власть из правового поля. Ни морального, ни политического права продолжать управление страной у нынешнего правления после Гражданского конгресса уже нет.

Замедленная реакция

По горячим следам Гражданского конгресса никакой реакции властей — прежде всего правительства Филата — вообще не последовало. Позже, несколько дней спустя премьер-министр соизволил заявить, что рассмотрит лишь «некоторые» из требований. Предпочтя «не заметить» главного из них: отставка АЕИ.
Раздавая обещания «бороться с бедностью», тот же Филат, помнится, был куда говорливее. Впрочем, сегодня сказать особенно нечего, поскольку все предвыборные обещания выполнены властью с точностью до наоборот. Даже в деталях. Скажем, ЛДПМ Филата сулила открытие 100 тысяч новых рабочих мест. В итоге во время правления Филата трудовое поле Молдовы только за первое полугодие 2011 года сократилось ровно на 100 тысяч рабочих мест. И так — практически во всём.

Делить и отнимать

Скажем, пенсии в этом году проиндексированы были аж на 7 с лишним процентов, что даже ниже запланированной правительством инфляции, которая, безусловно, будет значительно выше. Фактически заморожены зарплаты бюджетникам — тем самым учителям и врачам, на которых привыкли электорально опираться подошвами своих дорогих туфель представители партий нынешней власти. При этом тариф только на тепло в Кишинёве вырос на 52 процента. Каждые три месяца тарифы на газ и электроэнергию повышаются на 10–15 процентов. Дорожают продукты, топливо, горючее. Всё. Так борются с бедностью? Так борются с бедными, число которых за последние два года угрожающе, катастрофически прогрессирует.
Ни одна из партий АЕИ-2 на выборах не обещала закрытия школ, ликвидации сельских больниц, сворачивания социальных программ. На выходе — одних только школ правительство планирует закрыть 400 в ближайшие три года, и процесс пошёл полным ходом. При этом филатовский министр просвещения Михаил Шляхтицкий поясняет нам, неразумным, что Молдова, дескать, «остаётся беднейшей страной Европы». А раз так, продолжает министр, «мы не можем позволить себе содержание роскошных школ. Необходимо перейти к консолидации образовательного пространства, которое через реструктуризацию и оптимизацию будет в состоянии решить проблему первейшей важности: доступ к качественному образованию всех детей». Он, Шляхтицкий, ещё прибавил, что для этого надо закупить автобусы и отремонтировать дороги, однако это не делается. Почему? Да потому что — смотри выше: Молдова беднейшая страна. То есть сделать дороги и закупить автобусы, сэкономив на детях, правительство не может, а школы закрывает уже полным ходом. А нельзя ли наоборот? Нет, нельзя, поскольку извращённая логика садистов в том, чтобы было больно, очень больно. И как объяснить, что как раз в бедных странах надо не сокращать, а повышать расходы на образование, что именно наличие хорошо образованных людей в таких безресурсных странах, как Молдова, и делает в конечном счёте богатой страну?!
Но кому это объяснять? Да некому! Не поймут. Другая логика. Другая арифметика: делить и отнимать.
Именно поэтому в резолюции Гражданского конгресса чётко сказано: «Важнейшими элементами антикризисного правления должны быть: переход к политике увеличения всех социальных инвестиций, включая рост пенсий, зарплат, стипендий; замораживание и снижение всех видов тарифов… Прекращение практики ликвидации учебных заведений, детских садов, учреждений здравоохранения».

Не сейте рознь между людьми

Они, руководя Молдовой, даже не совсем понимают, что за страна по нелепости отдана им в управление. Они практически на официальном уровне ввели в политический обиход такие устаревшие, казалось бы, забытые и уж точно антиевропейские по сути понятия, как «национальные меньшинства», снова мы услышали об «оккупантах», «пришельцах». О том, что в качестве великого одолжения «терпят» — буквально так — огромную часть многонационального молдавского общества. Они законсервировали эту риторику с конца 80-х, а раскупорили 20 с лишним лет спустя, продемонстрировав, что не претерпели никакой, естественной, казалось бы, для любого мыслящего человека, эволюции.
Из этого покрытого плесенью и паутиной сосуда выпускают они джина межнациональной вражды, нетерпимости, который уже однажды и — фактически при них же — разорвался войной на Днестре. Веками, а не десятилетиями, как им кажется, на молдавской земле бок о бок жили люди разных национальностей, неизменно находя общий язык. Жили, живут и будут жить. И если нынешнее правление вынашивает планы изменить этот исторически сложившийся, плавный и естественный ход вещей, а оно вынашивает такие планы — значит, не ситуация должна измениться, она-то измениться не может, а правление должно уйти.
Резолюция Гражданского конгресса в этом смысле звучит недвусмысленно: «Гражданский союз признаёт действующий правящий Альянс «За европейскую интеграцию» недееспособной, социально-опасной, криминальной структурой, вся деятельность которой представляет угрозу независимости Республики Молдова, обрекает многонациональный молдавский народ на физическое уничтожение, социальную, политическую и культурную деградацию».

Сами вы не местные

И всё ведь очень просто: ксенофобия, или — что то же самое — преувеличенная, утрированная терпимость к представителям нетитульных этносов, составляющих единый, многонациональный молдавский народ, есть для них, представителей нынешней власти, составной частью логики, в соответствии с которой, и титульной нации, собственно молдаван, не существует в природе. Вспомним хотя бы овации в парламенте 1 декабря, в «день унири», спровоцированные выступлением филатовской депутатши Марии Чобану: «Мы румыны — и точка». Вспомним заявления Гимпу о том, что так «Богом было определено — жить на этой земле румынам». Вспомним недавнее заявление его племянника Дорина Киртоакэ, убеждённого, что выход для Молдовы — только в объединении. А ведь это не просто граждане с улицы, это представители власти суверенного государства!
Они сделали всё, чтобы победила и стала воплощаться в жизнь погромная логика 7 апреля: зачем нам хоть что-то развивать, когда всё это есть в Бухаресте, за Прутом? Вот потому и не развивается, больше того, есть опасение, что сознательно искусственно ликвидируется. От сельского хозяйства и экономики вообще до социальной и культурной сферы.
Отсюда лёгкий, как будто тоже вполне естественный переход под внешнее управление, которое ещё никому, ни одной стране мира не принесло ничего, кроме национального унижения и несмываемого позора для марионеточных правителей. И что, это устраивает молдавское общество? Нет, не устраивает и не устроит никогда.
И Гражданский конгресс заявил своё решительное «нет» целенаправленному разрушению Молдавского государства и молдавской идентичности. «Отказ от внешнего управления Молдовой, осуществляющегося посредством МВФ и прочих финансовых структур и путём прямого внешнеполитического вмешательства и целенаправленного банкротства молдавской экономики; отказ от идеологии второго  румынского государства и  утверждение политики, основанной на полноценном развитии многонационального общества Молдовы, всех языков народов нашей страны».

Геополитическая шизофрения

Многие из представителей нынешней власти давным-давно вывезли свои семьи на постоянное место жительства: кто — в Румынию, кто — в Швейцарию. А сами здесь — пока — на заработках. Чтобы содержать свои семьи в Румынии и Швейцарии. Вся Молдова для них — швейцарский альпийский луг, на котором они пасутся, пополняя семейные бюджеты. Для них и их семей евроинтеграция уже состоялась. Остальные, то есть молдавское общество, их в этом смысле интересуют меньше. Равно как и то, что молдавское общество никогда не выступало за евроинтеграцию, оказавшуюся на деле евроимитацией в ущерб дружбе, сотрудничеству, интеграции на Востоке.
Зафиксированное в «Барометре общественного мнения» резкое  падение привлекательности ЕС в глазах молдавских граждан, вызвавшее крайнюю озабоченность в Брюсселе и полнейший «игнор» в Кишинёве, — яркое тому свидетельство. Поскольку и евроинтеграция для этой власти — некая якобы приличная форма унири, а униря сама по себе никаких форм интеграции на постсоветском пространстве не предполагает априори. И это больно бьёт по молдавскому обществу, расходится с его интересами и геополитическими предпочтениями.
Гражданский конгресс постановил: не может быть евроинтеграции против интеграции евразийской. «Отказ от политики евроимитации и переход к действительной модернизации Республики Молдова на основе испытанных европейских правовых стандартов; утверждение программы ускоренного вступления Республики Молдова в Евразийский союз России — Беларуси — Казахстана».

С вещами — на выход

Список антинародных, антисоциальных, антигосударственных деяний нынешней власти можно продолжать почти до бесконечности, иллюстрируя рассказ живыми примерами и убедительными цифрами. Но нам с вами ведь и так всё ясно. Власть, которая породила этот бесконечный список, должна уйти. Это и будет её лептой, её вкладом в развитие Молдовы, в удовлетворение прав её граждан, 85, а то и все 95 процентов которых считают, что альянс ведёт страну в бездну. Вотум недоверия правительству,  правлению прозвучал на центральной кишинёвской площади. Да так прозвучал, чтобы у вас уже не было никаких сомнений в том, что общество действительно этого хочет. Оно хочет другой, куда более ответственной, профессиональной, патриотичной власти.
Из резолюции Гражданского конгресса: «Гражданский конгресс требует от правящего режима принять единственно верное, ответственное решение — распустить до конца 2011 года действующий альянс, а парламентским партиям, готовым к изменению политического курса, незамедлительно приступить к переговорам с оппозицией по формированию правительства народного доверия с соответствующей программой антикризисного правления. Только такой путь способен сплотить наше общество, остановить нарастающий раскол и масштабное противостояние между властью и народом».
Гражданский конгресс как квинтэссенция настроений и чаяний всего молдавского общества сегодня обладает куда большей легитимностью, чем ваша неполноценная, ущербная власть. И он всегда может собраться снова. Поскольку власть временна, а Молдова и её народ вечны.